Курган. Точка роста

Станислав Бессонов: Пойдемте. Это, конечно, земля моих предков. Мои предки здесь жили, на территории района. Мой прапрадед был купцом, он здесь торговал, у него были здесь лавки, был дом. Поэтому вот, да, в общем-то, история моей семьи связана с этой землей.

Голос за кадром: Станислав знает свою родословную до девятого колена.

Станислав Бессонов: Я, в принципе, тоже вырос в селе, хотя это село Кетово. Мы старались каждый день вырваться на речку, купаться. Ну и там, в принципе, проводили целый день.

Голос за кадром: Стас всегда активно принимал участие в общественной жизни. Еще со школы в первых рядах добровольцев – «за» помочь то там, то здесь. Работал одно время в сфере молодежной политики всего города, а оттуда ушел в бизнес. Параллельно открыл некоммерческую организацию, чтобы реализовывать вот такие проекты.

Станислав Бессонов: Мы сейчас с вами идем к нашей самой старинной избе, которой более 170 лет. Эта изба срублена из лиственницы. Нам очень важно было сохранить основу, законсервировать бревна и восстановить те элементы, которые были утрачены. По брёвнышку разбирали, да, но при этом эта лиственница с годами становится только прочнее, и бревна очень тяжелые.

Голос за кадром: На общественных началах собирает Стас музей деревни под открытым небом. Сам подыскивал экспонаты по всей Курганской области.

Станислав Бессонов: Проезжали по деревням. И когда мы находили эти дома, там уже дальше связывались с местными администрациями, сельсоветами, уточняли, есть ли хозяева или брошенные. Некоторые дома уже предназначались под снос и под расчистку.

Голос за кадром: Сейчас в его подворье уже четыре дома. Проект существует и развивается за счет финансирования грантов. И таких инициатив у Станислава много.

Станислав Бессонов: По новому проекту мы новый звук приобрели. У нас были вот те старые колонки, а здесь это вообще очень мощный, очень хороший такой звук, очень качественный. И сценический свет, софиты тоже оборудовали. Хочется новое и новое. Ну, опять же, мы идем все равно навстречу потребностей.

Голос за кадром: Стас с гордостью о технической упаковке единственного в родном Кургане общественного пространства, ведь оно – его задумка и реализация.

Станислав Бессонов: Мы находимся в мультицентре «Смолин». Это уникальный проект для Курганской области, потому что впервые такое пространство – 400 квадратных метров, оснащенное самым современным оборудованием, – создано и поддерживается общественной организацией.

Голос за кадром: И это проект тоже некоммерческий. Избы придумал Стас с целью сохранить память о прошлом, а это модное пространство – как взгляд в будущее.

Станислав Бессонов: Активные молодые люди здесь собираются, создают коллаборации, работают вместе над своими проектами. И мы помогаем их реализовывать. Вот сейчас, мы видим, как раз здесь работают вожатые, они разрабатывают конкурсные методики.

Голос за кадром: Центр общественный в прямом смысле – площади предоставляются для благотворительных организаций и инициативных сообществ бесплатно.

Станислав Бессонов: Каждый день здесь происходит очень много событий – по два, три, четыре события в день. И очень много молодых людей здесь работают над своей траекторией развития.

Голос за кадром: Если все общественное, да на гранты, то сам-то Станислав на что живет, кем работает? Удивляет своей историей роста. С ранней юности его путь – всегда решительные поступки и действия.

Станислав Бессонов, председатель региональной общественной организации «Молодые парламентарии Курганской области», руководитель мультицентра «Смолин»: Первый, наверное, такой достаточно большой для меня вызов был – это когда я решил поступать в юридическую академию в Екатеринбурге. Мальчик из села в такой очень крупный город. Этот вуз входил и в данное время входит в тройку лучших вузов страны по юридическому образованию. Я набрал вообще максимальный бал из 500 человек, больше всего был бал. И вот тогда, наверное, впервые я понял, что неважно, в каком городе, в каком, может быть, селе ты родился, живешь, но если есть целеустремленность, есть желание учиться, что-то доказать, в первую очередь самому себе, то все получится.

Голос за кадром: В 17 лет устроился на работу в юридическую компанию и настоял на признании совершеннолетия раньше положенного.

Станислав Бессонов: Пришлось пройти вот этот процесс, который называется эмансипация – то есть досрочно меня признали полностью дееспособным. Ну и началась моя такая взрослая жизнь, я начал уже сам зарабатывать на жизнь.

Голос за кадром: А дальше одной юриспруденции стало мало, ушел в администрацию города заниматься молодежной политикой. Но и там было тесно, поэтому задумался о собственном бизнесе и открыл некоммерческое сообщество. Доход в ивент-индустрии и туризме помогает поддерживать масштабные некоммерческие инициативы.

Станислав Бессонов: Вообще, какие-то вот новые крупные проекты, мне кажется, рождаются… Ну, невозможно вот сразу же прийти и сделать. Может быть, даже будут ресурсы, средства, поддержка, но для этого необходимо созреть.

КУРГАН. ТОЧКА РОСТА

Голос за кадром: В этой семье много питомцев: невская маскарадная Дульсинея, домашняя птица, перепела, курицы, а еще морские свинки – Шкода и Йети. Но главная здесь вот эта шумливая и пушистая команда.

Оксана Малькова: Иди знакомься, здоровайся. Конечно, конечно. Это мы не виделись вот буквально в течение часа, пока я ездила за вами. Поэтому не зря говорят, что собака для нас – только часть жизни, а мы для них – вся их жизнь.

Голос за кадром: Оксана больше десяти лет как профессиональный дрессировщик, канистерапевт. Но до того – какие уж собаки?

Оксана Малькова, генеральный директор АНО Центр всестороннего развития «Мы вместе»: Это были такие, знаете, собаки, которые у бабушек, у дедушек, да, где-то во дворе. А вот прямо чтобы дома – семья, дети, и как-то вообще не до домашних животных в принципе было.

Голос за кадром: Жила юрист и бизнесвумен Оксана с мужем военным Владимиром в Чите. А после того, как он вышел на пенсию, они решили уехать на малую родину супруга – в Курган.

Оксана Малькова: А когда мы переехали в Курган в 2014 году, так получилось, что я вообще одна осталась, ну, в чужом городе еще. Ну, друзей нет. Родственники вроде есть, но как-то интересы немножко разные.

Голос за кадром: Как-то Оксана попала к друзьям, у которых жили среднеазиатские овчарки, и не смогла уйти от них без щенка.

Оксана Малькова: Зауральский медведь – очаровательная царица Темирис. Ну, это вот то, с чего вообще начиналась моя жизнь с собаками, как у профессионального кинолога.

Я попала в клуб собаководства, попала в так называемый собачий мир. Меня это все как-то захватило, захватило. Я в то время была волонтером при клубе. Начала изучать кинологию, отучилась на инструктора по дрессировке собак.

Голос за кадром: Оксана возила Теми на выставки, соревнования, а потом то и дело стали приглашать выступать с питомцем. Но возникла проблема.

Оксана Малькова: У всех собаки, с которыми можно зайти вообще в помещение, которых не страшно погладить, пообщаться. А у меня среднеазиатская овчарка. Ну куда? Пока щенок – вроде бы и нормально. А когда она начала расти, когда это уже такая тушка, она вроде еще щенок, а уже килограмм пятьдесят. Поэтому возникла идея, что надо завести собаку еще одну, маленькую. И вот как-то так быстро-быстро все завертелось, и к нам приехала Доминика.

Голос за кадром: Спустя семь лет элегантных кудрявых псов в семье стало четверо. Первенец – Доминика. Потом – Миша, Мася и Карамелька.

Оксана Малькова: Вообще пуделей не дрессируют. Пудель – это уже не собака, но еще и не человек. У людей настолько высокий интеллект, что с ними просто надо договариваться.

Голос за кадром: Грациозная Карамелька недавно принесла потомство.

Оксана Малькова: Ей буквально всего несколько дней от роду. Это Карамельки.

Голос за кадром: Собак в семье полюбили все три сына. Старшие, правда, сейчас уехали учиться. А младший – одиннадцатилетний Артем – остался за главного на кухне, любит готовить.

Артем: Ну, завтраки иногда. Чаще, конечно, ужины. Мясо могу пожарить, там, болоньезе, какие-нибудь макароны и так далее.

Голос за кадром: И за пушистым малышом успевает присмотреть.

Артем: Я поправляю простынку, щеночка проверяю.

Голос за кадром: А вот муж Владимир поначалу был против собак.

Оксана Малькова: Ну, на третий день он все-таки сдался, когда Доминика залезла, когда она к нему залезла на кровать. Они стали вместе спать, целоваться, обниматься. И, в общем, с того момента у них началась любовь.

Корреспондент: В общем, вы тоже в теме, да?

Оксана Малькова: Да, он тоже в теме.

Голос за кадром: Оксана стала руководителем центра дрессировки кинологической организации Кургана. А потом ее пригласили провести мероприятие с особыми детьми. Неожиданное предложение оказалось карьерным взлетом.

Оксана Малькова: Я вообще тогда в принципе не задумывалась о том, что есть какие-то дети особые, не особые. Ну, дети и дети, они везде дети. Они пришли, мы провели мероприятие, тогда задействовано было порядка шести собак, шесть или семь собак. И дети были включены в процесс. То есть их ничего не пугало: их не пугала громкая музыка, их не пугали тоннели, их не пугало то, что лают собаки. Все шли на контакт. Ну, вообще я не понимала, что происходит. Наверное, это было решающим моментом. Потому что если бы я на тот момент осознавала, появился бы наверняка какой-то страх сделать как-то неправильно – и ничего бы не получилось.

Ты чего так напряглась? Мы же дома. Скажи: «Ну, мы же дома, мама». То есть у них первоначальная тренировка, конечно, дома идет. А потом, они понимают, что дом – это дом. Дома мы отдыхаем. Потому что нагрузка очень большая, особенно после последнего проекта, через собак проходило в день по 20 детей. Ну, групповые занятия. Это был курс из 20 занятий для 80 ребятишек. По факту их получилось не 80, а 93. То есть с понедельника по пятницу собаки выезжали на работу, у них был четырехчасовой рабочий день, и каждые 45 минут новые ребята к ним заходили.

Голос за кадром: Получилось у Оксаны с ее Доминикой сделать невероятное – открыть первый и единственный центр в Кургане по канистерапии. Хотя первые шаги были очень трудными.

Оксана Малькова: Говоришь: «Канистерапия». И все такие: «О, лечение собаками!» Нет, не пойдет. Это все не традиционная терапия, это вообще все, то есть медицинское образование, реабилитация. И долго пыталась доказывать, что это совсем другое, но просто так называется. И я начала искать место, где можно отучиться по направлению «канистерапия». Не очень развито это все на сегодняшний день у нас в стране. У нас есть центры, у нас есть специалисты, но вот прямо такого единого ГОСТа, единого стандарта до сих пор никто не придумал, то есть его никто не создал. Есть что-то в Питере, есть что-то в Омске, в общем.

Мы сейчас соберем волосы у Доминики для того, чтобы нам поехать на работу. То есть каждый раз, когда мы едем в центр, Доминика причесывается. На работу? А Миша на работу поедет?

Голос за кадром: Сегодня у Доминики с Мишей занятие с подростками в центре всестороннего развития «Мы вместе», где помощь и поддержку получают на безвозмездной основе.

КУРГАН. ТОЧКА РОСТА

Станислав Бессонов: У вас почему-то мало, меньше всех написано. А, вы еще ничего не написали, да? А время заканчивается уже. А потом сюда все заносят.

Голос за кадром: Станислава Бессонова знают в Кургане как эксперта в теме успешной реализации любой идеи.

Станислав Бессонов: Видят финишную какую-то картинку, что человек, руководитель, допустим, мультицентра такого, у него все получается, есть много возможностей. Но очень важно показать вот этот путь, что я был точно таким же школьником. Даже, может быть, наверное, было меньше возможностей, потому что я школу окончил в 2001 году.

Голос за кадром: Станислав запустил проект поддержки инициативных молодых людей. Кто хочет развиваться – зовет присоединяться.

Станислав Бессонов: У нас школьники, студенты могут бесплатно посещать курсы по разным актуальным направлениям: IT, журналистика, медиа, событийные технологии, дизайн, урбанистика – то есть те профессии, которые достаточно востребованы сейчас. Причем, что самое интересное? Мы не просто берем каких-то педагогов готовых из университета, из колледжей, а мы приглашаем специалистов-практиков – руководителей фирм или очень таких интересных и крутых экспертов. Они дают какие-то практически, прикладные знания. Если это IT, вместе с ребятами даже какое-то приложение, например, простенькое разрабатывают, пишут какие-то коды. Ребята, соответственно, оттачивают свои навыки. Эксперты, специалисты, они честно рассказывают о рынке, который они представляют: какие зарплаты конкретно в фирмах вот у этих людей, стоит ли выбирать эту профессию.

Голос за кадром: Первый поток обучения на безвозмездной основе завершен. Старшеклассники в конце учебного года сделают свой профвыбор – и будет понятно, во благо ли была инициатива бизнесмена с их обучением. У самого Станислава дело никогда не стоит на паузе. Уверен: совершенству нет предела.

Станислав Бессонов: В январе, когда немножко затишье будет, тоже немножко так мы обновим. Вот эти колонны центральные мы хотим облицевать кирпичом.

Помните, наверное, что у нас была здесь стена, здесь столы стояли, здесь кухня была. Мы в этом году вот, опять же, все это расширили, сдвинули, кухню передвинули, чтобы она общего пользования тоже как бы у всех была. И вот такое у нас получилось большое офисное пространство.

Голос за кадром: Это пространство не в собственности. За огромную площадь в центре города Стас платит высокую арендную плату, пока за счет грантов.

Станислав Бессонов: Страшно. Ведь проект рассчитан, допустим, на полтора года был, даже чуть меньше. Там были заложены деньги на эту коммерческую аренду, на комплектование оборудованием. Но потом проект заканчивается – и как быть дальше? Ремонт полностью за свой счет необходимо было делать, комплектовать мебель за свой счет. Достаточно большую долю прибыли я вкладываю именно в эти же свои проекты, потому что, получая любой президентский грант, мы должны обеспечить еще софинансирование.

Голос за кадром: Развитие Стас видит в том, чтобы идти в свой страх. Тому учит и тех, кто приходит в его мультицентр за поддержкой и помощью.

Станислав Бессонов: Мы в качестве этих точек роста видим самих молодых людей, активных. Мы, в общем-то, и работаем с активными. То есть у нас задача не стоит – объять вообще всех, ну, просто как досуговый какой-то центр создать, а целенаправленно продвигать, помогать, предоставлять наши ресурсы и возможности для реализации проектов вот этим молодым людям, которые потом могут вести за собой, которые могут создавать свои фирмы, свой бизнес, свои общественные проекты.

КУРГАН. ТОЧКА РОСТА

Дима: Привет!

Мария Мирчук: Это наш герой, Дима.

Корреспондент: Как у вас светло, хорошо. Привет!

Дима: Здравствуйте, теле… Здравствуйте, телеведущие! Я к вам сюда приехал. У меня проект «Собаки – детям» в три заканчивается. И я…

Мария Мирчук: Мне сказали, что вы из Москвы.

Корреспондент: Ой, понятно. Ну ничего, сейчас привыкнет, привыкнет – и все будет хорошо.

Мария Мирчук: Мы теперь интервью давать будем весь день.

Голос за кадром: Диме скоро 14 лет.

Мария Мирчук: Через полторы недели будет получать паспорт. Я сама в шоке – 14 лет. А дальше? Ну, я предпочитаю, с одной стороны, мыслить позитивно, а с другой стороны, так далеко не заглядывать. То есть мы… я все-таки надеюсь либо на техникум, либо вуз. И я надеюсь все-таки на трудоустройство своего ребенка, то есть что он будет жить полноценной жизнью

Корреспондент: Дима, а ты играешь же, Дима, А?

Дима: Да.

Корреспондент: А ты покажешь, как ты играешь?

Дима: Покажу.

Корреспондент: Давай.

Мария Мирчук: Ну вот, любовь к закрыванию дверей. Как тебя снимать-то будут?

И синдром Аспергера, и типичный аутизм – то есть вот это все. Оно как бы периодически немножко меняется, но вот в шесть-семь лет ему бы ставили под вопросом синдром Аспергера.

Голос за кадром: Синдром Аспергера – нарушение психического развития. Из-за врожденных особенностей нейронов такие люди воспринимают мир иначе. Им свойственны стереотипные движения, однообразные занятия и сложно общаться с окружающими, понимать их эмоции и поступки. При этом речь и умственные способности не страдают, среди них часто встречаются талантливые личности.

Мария Мирчук: С полутора лет читает. Он в школу пришел с уверенным чтением, больше 120 слов в минуту он уверенно читал. У него феноменальная память. То есть он, допустим, единственный в классе «Бородино» цитирует полностью. Парциальное такое развитие. Кажется, что он такой странный-странный инопланетянин, а, оказывается, он знает столицы всех стран мира, допустим. Он знал и знает всю таблицу Менделеева на память, она у него под столом лежит, он ее помнит. Просто помнит, и все, каждый периодический элемент на каком месте и какой номер имеет. Прекрасно катается на коньках, на роликовых коньках, плавает. Опять же, плавает. За 25 секунд бассейн проплывает. Мы близки к разряду.

Дима: Я делал газету «Наш класс».

Корреспондент: Так? Расскажи, что вы тут печатаете?

Дима: Мы печатаем нашу жизнь в классе. Уже сделано… уже сделано более десяти выпусков. Можете прочитать.

Корреспондент: А там есть твои статьи?

Дима: Есть.

Корреспондент: А покажи – какая?

Дима: Не покажу!

Голос за кадром: Газету Диме и его одноклассникам помогает делать мама Мария. Но вот редактор по грамотности – исключительно всегда только Дима.

Татьяна Коваленко, учитель русского языка и литературы МАОУ «СОШ № 7» г. Кургана: У него вообще ни одной ошибки. Вы представляете? У меня 21 человек, 21 человек, трое из них грамотные. Дима, конечно, на первом месте среди них. Вообще удивляюсь! Даже такие слова, которые, ну, в шестом классе их еще не знают, и он напишет грамотно. У него какая-то зрительная, такая интуитивная, природная грамотность. Это очень здорово.

Голос за кадром: Учитель русского языка с более чем 35-летним педагогическим стажем Татьяна Коваленко с такими учениками еще не встречалась.

Татьяна Коваленко: Очень умный. Отвечает на уроках, и отвечает правильно, отвечает логично.

Мария Мирчук: В школе у нас очень хороший класс, очень хорошие ребята, но вот дружеского общения ему не хватает, потому что разница все-таки, скажем так, в каком-то психоэмоциональном, наверное, развитии все-таки ощущается. И поэтому к нему все относятся хорошо и помогают, и какие-то его странности немножко прощают так или иначе, но друзей у него нет.

Татьяна Коваленко: Можешь ко мне подойти? Подойди ко мне, пожалуйста. Я посмотрю, какие у тебя ролики классные. Ну подойди, подойди. Не подойдешь, что ли?

Голос за кадром: Мария по образованию графический дизайнер. Преподавала в университете, но оставила работу ради сына. С раннего возраста приступила к его развитию.

Мария Мирчук: Я разработала немножко свою методику под своего ребенка, используя ее сильные стороны. Главное – системность. То есть главное – системность. То есть надо начинать, надо не сдаваться.

Он не хотел сидеть за столом, он сидел под столом. Он бегал по комнате, лазил везде где только можно. И вот мы начинали с того, что я его садила на пять минут за стол, потом он начал семь минут, десять минут. И к школе, точнее, к предшколе мы уже дошли до 40–50 минут.

Голос за кадром: Супруги Мирчук вместе жадно изучали информацию об аутизме и использовали все возможности для развития Димы, что были в их силах и предлагал город. Мария развивала учебные и бытовые навыки, а папа отвечал за развитие физических способностей.

Владимир Мирчук: Ходили туда-сюда, обратно. Движения потихоньку отрабатывали, отдельные. Сначала – на одной ноге стоять. Я его за руку вел, он на одной ноге катился. Потом учились отталкиваться, как нога движется у коньков.

Мария Мирчук: По моему замыслу – с безграничными возможностями. Он ничем не должен отличаться от других детей. То есть мы ходим в те места, в которые выходят обычные дети. Он умеет все, что умеют обычные дети. Мы часто путешествуем. И в этом плане я его старалась как бы ничем не ограничивать, но, опять же, при условии соблюдения общественных норм. То есть никакой агрессии, никакого асоциального поведения. Если мы где-то находимся, мы не мешаем другим.

Голос за кадром: Мы снимали, как Дима катается. И тут вдруг…

Корреспондент: Круто!

Дима: Отпусти! Я буду снимать. Все, а теперь я съемщик.

Корреспондент: А ты можешь сам себя снимать? Вообще будет классно! Круто!

Мария Мирчук: Мы себя не ограничиваем. Он отобрал, что ли? Отобрал телефон? Надо его поймать и отобрать.

Владимир Мирчук: Дима, едь сюда, пожалуйста. Дима!

Дима: Вообще-то, это телеканал.

Корреспондент: Спасибо тебе, спасибо!

Владимир Мирчук: Ты молодец. Немножко успокойся. Все хорошо. Успокоился?

Дима: Ну, я отобрал у нее…

Владимир Мирчук: Дима… Дима… Дима… Дима! Дима, подъедь ко мне, пожалуйста. Дима, подъедь ко мне, пожалуйста.

Все может, все умеет. Немножко вот такие поведенческие вещи, которые со взрослыми… И взрослым тыкает, и как бы внимание сейчас стал… Он все слышит, все понимает, что ему говорят, но: «Я вот внимания не обращаю ни на кого, никого не слышу».

Голос за кадром: Подростковый возраст уже дает о себе знать. Самостоятельности хочет не только Дима, но и его родители. Потому так вовремя пришла инициатива кинолога и канистерапевта Оксаны.

Оксана Малькова: Вспоминаем, как мы будем приветствовать друг друга.

Голос за кадром: Кажется, долгая прелюдия с приветствием, но это именно то, что надо – дружелюбная атмосфера. Здесь стесняться некого – все такие, как и ты. Дима почти два года учится не бояться собак и общаться со сверстниками.

Дима: Восьмерка! Восьмерка! Доминика, вот молодец!

Оксана Малькова: Проект «Собаки – детям» изначально… ну, он вообще не имеет возраста. То есть не принципиален возраст, потому что младший тянется за старшим, старший помогает младшему. Наши дети такие, им сложно дружить. И мир, к сожалению, тоже бывает очень жесток. А вот здесь, получается, больше создается вот эта среда. Ну и плюс самооценка. То есть у них уровень самооценки очень сильно растет, особенно когда их… Мы же постоянно их подкрепляем. Любой, вот даже маленький шажочек у них, и мы: «Ты победитель! Ты крут! Посмотри, как…» И все. Хоп! – спина выпрямилась, пошел.

Голос за кадром: Начинала Оксана с занятий спортивных, до изучения с детьми азов дрессировки. Но годы шли, запросы менялись. Появились групповые коммуникативы, где общения у подростков еще больше.

Оксана Малькова: Ну что, физкультуру сделали?

– Да.

Оксана Малькова: Получили? Сейчас у нас следующее что?

– Готовить.

– Сегодня мы с вами будем готовить три блюда: оливье, гнезда и…

Дима: Я буду готовить. Вы точно покажете на ОТР, который девятая кнопка?

– Тема идет на салаты. Пелагея идет к гнездам.

Оксана Малькова: Сейчас они учатся делать правильный выбор, который нужен именно им, не родителям, не нам, а именно. Это то, что они хотят.

Социальная изоляция играет свою роль вообще в жизни ребенка. И плюс гиперопека родителей, которые не дают абсолютно ничего делать своему ребенку, они все делают за него – так быстрее, так лучше. Дети приходят сюда и раскрываются совсем в ином. Ну как? Они показывают себя более продвинутыми. И родители удивляются: откуда это? Да просто потому, что мы им дали право выбора, мы им дали право допускать ошибку и не бояться, что ты будешь неправ.

Мария Мирчук: Мы ходим, много где бываем: и в кружки, и в секции дополнительного общения. Чаще всего я с ним присутствую. А где-то в социуме он под контролем все время. Я его контролирую, и ему уже сейчас это не нравится, ему хочется самостоятельность.

Оксана Малькова: Бесконечность. Это что? Вселенная едина, она бесконечна. Это человек, это собака. Ну и вообще не важно, то есть не зависит ни от возраста, ни от пола. То есть мы все вместе.

Задача изначально стояла – создать место притяжения, чтобы любой член семьи мог прийти сюда и найти для себя какую-то… Ну, мама – может быть, расслабиться, а дети – развлечься, развиться. Ну и чтобы все вместе были едины.

Голос за кадром: Коррекционный педагог центра Анастасия сначала привела сюда своих детей, увидела реальную пользу инициативы и решила попробовать свои силы в проекте. По образованию Настя – логопед.

Анастасия: Дочери было год и два, она еще не умела ходить, нас взяли в проект. А сыну было два с половиной, по-моему, году, когда мы зашли в проект. Дочь у меня по-прежнему остается самой маленькой на проекте. Я вот девять месяцев сама как педагог уже. Меня Оксана Сергеевна в свое время пригласила попробовать – и я осталась. Я зашла, и я больше не смогла уйти отсюда.

– Какой самый вкусный? Вот этот самый вкусный? Точно? Ну-ка давай, сейчас узнаем.

– Вообще, вы такие крутые, ребята, сегодня. Что нужно сказать?

– Спасибо!

– Давай быстрее на кухню – мыть посуду, мыть посуду.

Матвей: Я – Матвей.

Анна: Меня зовут Анна. Ребенку у меня 14 лет скоро будет. Мы пытаемся развиваться в разных местах, в разных областях. И вот когда узнали, что есть такой проект, мы решили пойти в него и попробовать, поучаствовать. И, знаете, да, действительно, как бы есть плюсы, есть результаты. Они видны, они ощутимы, потому что этот проект также развитие самим родителям. Ну, нам это необходимо, для того чтобы принять таких детей.

Семен: Ожогин Семен.

Ирина: Ожогина Ирина.

Корреспондент: А сколько лет, Семен, тебе?

Семен: Одиннадцать.

Ирина: Социализация, очень хорошие результаты. Он стал… лучше стал общаться со сверстниками, больше проявлять инициативы. То есть если раньше он даже с трудом понимал какие-то правила игры, то сейчас это все очень просто стало для него. Он даже стал какие-то свои правила придумывать или свои какие-то игры внедрять.

Голос за кадром: Мария Мирчук тоже нашла себя здесь – стала руководителем творческой студии «Вдохновение» при центре. Впереди у всего коллектива следующий шаг в развитии, без него теперь никак.

Мария Мирчук: Дети растут, которые участвуют в проекте, и проект должен расти вместе с ними. И мы думаем о развитии каких-то программ уже для подростков, для молодых людей.

Оксана Малькова: У нас был просто центр занятий по канистерапии. А сейчас уже новая планка – это учебно-тренировочный центр в городе, по принципу тренировочной квартиры, вот что-то в этом направлении. А вообще в идеале, да, мечтают в селе создать вот такой некий тренировочный дом, наверное, правильнее.

Подростки, молодые и взрослые, то есть они приезжают. Это теплицы, это грядки, это уход за животными.

КУРГАН. ТОЧКА РОСТА

Елена Ставрова: Когда-то я училась в этом педагогическом колледже.

Корреспондент: С левой стороны колледж?

Елена Ставрова: Да. Вот колледж. Очень старый колледж, я говорю. Вот это здание историко-краеведческого музея. Оно долгое время было заброшено, в аварийном состоянии. Сейчас его выкупил предприниматель, и здесь, говорят, будет кофейня.

Голос за кадром: Лена знакомит с родным поселком Мишкино, в нем живет около 7 тысяч человек.

Корреспондент: Привет!

Голос за кадром: Сама Лена после колледжа уехала учиться в Курган, поступила на юридический. Затем переехала в Челябинск, там встретила супруга Алексея.

Елена Ставрова, директор АНО поддержки семьи, материнства, отцовства и детства «Мама-Клуб»: Вы можете получать любые образования, какие вам нравятся, жить в любых городах: вот хоть Москва, хоть Питер. Куда бы вы хотели – вот едьте, живите, пока вот у вас есть этот период. Потому что я тоже жила и в Москве, и во Владивостоке, и в Челябинске, и где только ни была, но меня сюда тянет. Я хочу к маме.

Наш огород вот дотуда был, до берега. И мама, уходя на работу, она всегда говорила: «Лена, вот два рядка. Ну, вот так и вот так – от начала и до конца. Вот тебе задание на сегодняшний день». Пахнет ботвой и травой, я в этих двух рядках вот так ложусь. А земля горячая. Босиком выйдешь – прямо жжет ноги. И я лежу, а ветер с озера. И вот так хорошо! Теперь я глаза закрываю, как дом вспоминаю, глаза закрою – так я попадаю вот сюда, в эту картошку. И звук едущего трактора, тихо и поют птицы.

Голос за кадром: Вообще Ставровы – Елена и Алексей – юристы. У них двое детей – Маша и Ваня. Все творческие, музыкальные. Лене с ранних лет было важно развивать дочь и сына.

Елена Ставрова: Живя в Челябинске, мы, конечно, понимали, что наши дети получают все: и развивайки, и мамочки с детьми могут везде сходить, развиваться с детьми, посетить там какие-то развлекательные мероприятия. Когда мы приехали сюда… Я очень люблю Мишкино, но мы в Мишкино живем уже девять лет, и вот девять лет назад здесь с детьми было совершенно нечем заняться.

Голос за кадром: Вот и стала думать Лена: как, а главное, где организовать для сельских детей активности?

Елена Ставрова: Мишкино – рабочий поселок, и здесь не так много каких-то прямо административных зданий. А нам хотелось еще и бесплатно. Ну а куда дети идут? И мы с библиотекой пообщались и решили, что дети где-то к нам пришли, где-то книжку взяли. Здесь никогда не было туалета теплого. То есть помещение вроде бы благоустроенное, но 40 лет туалета не было.

Корреспондент: Это важно.

Елена Ставрова: Здесь участвовали все: и мы как некоммерческая организация с деньгами Фонда президентский, гранатов, и администрация поселка, и района, и Мишкинский педагогический колледж. Ну, потому что там надо было копать, большую технику вовлекать, согласовывать документы. Это все непросто было, но мы это сделали.

Он как и туалет, и как хранилище у нас, потому что декорации нам тоже девать куда-то надо.

Голос за кадром: Правда жизни – в библиотеке удобства были на улице. Теперь третий год как в здании. Лена с мужем открыли благотворительную организацию, писали проекты по развитию села, выигрывали материальную поддержку.

Елена Ставрова: Мы купили цветную мебель. То есть вот этой мебели не было, была страшная старая мебель.

Голос за кадром: Появился развивающий клуб для детей и их мам, чтобы обязательно они принимали участие в занятиях вместе и могли повторить ту или иную увлекательную активность дома. Проблема же пришла, казалось, из ниоткуда.

Елена Ставрова: Мы занимались подготовкой к школе. И когда мы стали подготовкой к школе заниматься, мы выявили потребность, потому что они не говорят. Как с ними заниматься подготовкой к школе, если они не произносят звуки вообще? Непонятно, о чем дети сообщить нам хотели. Им сложно, естественно, выполнять те задания, которые мы напридумывали.

Они многодетные, а во-вторых, как правило, с низким уровнем дохода. Детей по четыре, по пять в семье. Все неговорящие. И за каждого даже по 500 рублей заплатить за одно занятие… А не дешевле. Дешевле логопед не работает.

Голос за кадром: Лена решилась написать новый общественный проект – логопедические курсы в селе – и выиграла финансирование.

Елена Ставрова: Андрюше сколько лет? Сколько годиков тебе?

Андрюша: Десять.

Елена Ставрова: Десять? Отлично! Коля, а тебе сколько лет?

Коля: Десять.

Елена Ставрова: Десять? А Матвею?

Матвей: Семь.

Елена Ставрова: Вот. Из четырех детей чисто говорят только двое, и то только поставили еще, позанимались. Как бы Матвей тоже ходил на занятия.

Голос за кадром: В семье Новосевич четверо детей, ждут пятого.

Корреспондент: А вы результат видите от занятий?

– Ну конечно. У Матвея, допустим, до логопедических занятий не было поставлено шипение и буква «Р». Сейчас вот эти еще двое у нас, тоже с логопедом занимаются.

Елена Ставрова: Мы купили очень инновационное оборудование в этом проекте. Дети с логопедом занимаются групповыми занятиями, они его называют «говорящее зеркало». На каждого ребенка здесь программное обеспечение предусматривает свою рабочую папку. То есть он вроде бы занимается с логопедом, а логопед проводит тестирование в этот момент.

Голос за кадром: Проект, к сожалению, заканчивается – финансирование всего на полгода. Перейти на коммерческую основу Лена не хочет и не может – платить в селе не будут. Решила занятия сократить, но полностью не прекращать.

Алексей Ставров: Вот таким была эта изба, когда мы ее приобрели. И после того, как мы ее реконструировали, получилась вот такая избушка красивая.

Голос за кадром: Ставровы открыли для односельчан и общественное пространство. Это русская изба. Быт в ней и уют былых лет семья воссоздает своими руками.

Елена Ставрова: Этот комод – это моего прадеда комод. Когда-то давно он его сколотил из каких-то своих подручных средств. Вот столько лет. Я еще была маленькой, как Ваня, наверное, как Маша. Этот комод стоял у них на кухне, и в нем всегда была сгущенка.

Ваня: Мы здесь помогали все обустраивать, ставить. Мы каждый день садились и делали. Вот за день примерно столечко получалась.

Корреспондент: Серьезно?

Ваня: Ну да, это очень долго.

Голос за кадром: В эту избу Лена приглашает односельчан с детьми на бесплатные мастер-классы.

Елена Ставрова: Сегодня у нас с вами мастер-класс по выжиганию. Мастер-класс по выжиганию – это стандартное наше с вами занятие. Сегодня мы будем выжигать русскую березу.

Оксана Кайгородова: Это моя доченька.

Варвара: Варвара.

Оксана Кайгородова: С семьей Лены и Алексея мы знакомы пять лет. У меня трое детей. Мои дети выросли вместе с «Мама-Клубом». Мы занимаемся творчеством и не только развиваем детей, но и сами развиваемся.

Юлия Рукинова: Анюте у нас десять полных лет, а Лене – восемь. Ну, в июне исполнилось восемь лет.

Корреспондент: Как вам? Нравится здесь?

Лена: Да.

Юлия Рукинова: Даже вот это выжигание. У нас участвуют все дети – и большие, и маленькие. То есть маленькие сами бы не смогли это сделать. А раз участвуем еще мы, то получается вот это единство: где-то мы им помогли, понимаете, а где-то они нам такие идеи подсказывают.

Голос за кадром: Суть активности Ставровых – создание безопасной и творческой среды для личного роста и развития каждого жителя родного села. Ее дочь Маша с четырех лет посещает музыкальный кружок, сейчас в седьмом классе музыкальной школы.

Маша: Я буду играть песню, которую я написала сама прошлым летом, называется «Мотылек».

О проектах, созданных в регионе для детей и взрослых с особыми потребностями