Республика ШКИД

Гости
Анастасия Ковалева
руководитель федерального направления «декриминализация молодёжной среды», Член общественного совета при уполномоченном при Президенте РФ по правам ребёнка
Иветта Семенова
организатор проекта «Street teens”
София Мархоброд
участник проекта «Street temple»
Елена Жирова
соорганизатор проекта «Дети большого города»
Юлия Серьгина
режиссер фильма «Терапия»

Илья Тарасов: Добрый день, меня зовут Илья Тарасов, и вы смотрите программу «За дело», мы говорим о самых острых социальных проблемах и даем инструкции по их решению. Сегодня мы покажем вам истории хулиганов, трудных подростков, тех ребят, которые в настоящее время отбывают наказание в воспитательных учреждениях и расскажем о людях, которые помогают им вновь вернуться на сторону добра.

То, что делает "Упсала-Цирк" я считаю просто гениальным! Это вообще один из моих любимых проектов, но в моем личном рейтинге у него недавно появился конкурент: в Москве есть движение Стрит-Темпл, его организовали молодые красивые энергичные барышни, которые решили сделать мир вокруг себя лучше. И как раз-таки одним из направлений их деятельности является социализация трудных подростков. Сегодня эти девушки пришли к нам в студию, чтобы рассказать о себе и о том, что они делают. Здравствуйте! Давайте знакомиться, Лена, Соня и Иветта, чем вы занимаетесь?

Иветта Семенова: У нас есть некоммерческая организация «Центр содействия досуга молодёжи», очень много подростков, которые нуждаются во внимании, в любви, в обычном общении, им нужна атмосфера семьи, они не получают это дома и поэтому бегут к нам.

Илья Тарасов: Как вы помогаете?  Вы их куда-то приводите? Что вы с ними делаете?

Иветта Семенова: Недавно я была в очень темном подъезде, где были крысы, там сидели подростки, употребляли алкоголь, там своя атмосфера, я не прихожу туда как учитель и не говорю: «Вы что тут делаете, ай-ай-ай», я прихожу и начинаю с ними дружить, они думают, что я своя. У нас каждую среду проходит футбол, мы собираем ребят постарше, парней, которые тоже могут чему-то научить, вас приглашаем.

Илья Тарасов: С удовольствием!

Иветта Семенова: Мы приглашаем на свою территорию, может, даже к себе домой, это доверие, правда, они у нас несколько раз воровали вещи, дорогие, но ничего. У нас есть проект «Я никогда не видел моря» - наши подростки ничего кроме района не видят, и мы их везем на море, мы общаемся, вот первая поездка была прошлым летом, и тема была «выбор». Мы выбираем: помочь, либо пройти мимо, поссориться, либо помириться.

Илья Тарасов: Как вы с родителями дружите?

Елена Жирова: В лучшем случае родители начинают браться за голову, мы ездили в цирк с детьми и мама купила белые колготки, купила платье и девочки поехали красивыми, для меня это лучшая награда, когда родители что-то начинают делать.

Илья Тарасов: Теперь о плохом.

Елена Жирова: Очень неприятно это вспоминать, мы снимали дом с подругой вдвоем, две девчонки.

Илья Тарасов: И в этот дом могли прийти все?

Елена Жирова: Да, все и приходили, мы пили чай, общались и давали приют тем, кому это нужно, я очень активно хотела помочь девчонкам, находила для них одежду, они приходили ко мне, их могли избить родители, они ночью приходили ко мне, их выгоняли из дома, били палками, раздается ночью стук в дверь, если мы не открывали дверь по какой-то причине, простреливали дверь, заходил неадекватный, пьяный человек, который спрашивал: «Что вы делаете с моим ребенком, что тут происходит»? - это опасно и страшно.

Илья Тарасов: Когда тебе простреливают дверь, да.

Елена Жирова: Да, страшнее всего ребенку, который в комнате сидит и боится этого отца. Реакция родителей не всегда адекватна, но, со временем можно завоевать доверие даже у родителей, нужно уважать этих людей, понимать их, общаться с ними и тогда возможно, ты сделаешь лучше этим детям.

Илья Тарасов: Вы прям святые! Сонь, вы помогаете не только детям в Наро-Фоминске и Москве, но еще и в Африке! У нас есть фотографии, мы их сейчас будем смотреть, а ты нам будешь рассказывать, как же вас занесло не в Бурятию, а в Уганду.

Соня Мархоброд: В Африку я поехала три года назад, начала читать про Уганду, что там происходило, я узнала, что там была на протяжении двадцати лет война, что там воровали детей, мальчиков делали солдатами, девочек забирали в сексуальное рабство, меня это очень сильно зацепило. Я проводила бесплатную клинику в деревне, это дети из одной семьи, их в семье восемь, четыре из них болели малярией, в том регионе, если ее не лечить, то в течение двадцати дней человек умирает, ребёнок умирает быстрее. На этой фотографии девочки, которых мы выкупили из принудительного замужества, это нельзя назвать рабством, но родители этих девочек продают их в раннем детстве.

Илья Тарасов: Сколько стоят?

Соня Мархоброд: Мы выкупали от 250 до 300 долларов за каждую девочку, то есть мы находили их, узнавали, что есть такая девочка, потом велись переговоры с их мужем, хозяином, в основном это очень старые мужчины, самой молодой, ее продали в возрасте девяти лет, мы ее выкупили, когда ей было 13 лет.

Илья Тарасов: А это где?

Соня Мархоброд: Это местная церковь, воскресное служение и мы с детьми делали поделки, мы рисовали, там у детей вообще ничего нет, для них белый лист бумаги и карандаши – что-то космические. Любые конфеты, игрушки, они очень благодарны, многие дети становятся на колени, вот два парнишки, которые рядом со мной, они встали на колени, потому что им раздали какие-то конфеты, и они так благодарны были. Потом, съедая конфеты, они хранят эти обертки.

Илья Тарасов: Вам там угрожали, вас похищали, что только ни происходило?

Елена Жирова: Да, несколько месяцев назад мы вернулись из Африки в последнюю ночь мы были с Наташей одни, уже девочки уехали, к нам ночью вломились четверо мужчин с оружием, связали нас и ограбили. Мы были очень рады, что только связали и ограбили, не украли, не продали куда-нибудь, еще чего-нибудь не сделали.

Илья Тарасов: Скажите теперь самое главное, как вам помочь?

Елена Жирова: У нас есть сайт streetteens.ru там подробная информация о нашей деятельности, о нас и также есть возможность пожертвовать на то дело, которое мы делаем

Иветта Семенова: На все эти проекты нужно очень много денег, чтобы этих детей куда-то отвезти, нужно заплатить за бензин, они всегда хотят есть, все хотят есть, их надо кормить, думаю, это правильно. Наша группа в контакте «Дети большого города», мой инстаграм @kukalena, можно связаться по любому вопросу.

Илья Тарасов: Заходите, помогайте и присоединяйтесь! Спасибо, вы очень крутые!

***

Илья Тарасов: Наш продюсер Татьяна Егорова снимает документальный проект о закрытых учреждениях, совсем недавно она посетила Архангельскую область, где ей удалось побывать в закрытой спецшколе и воспитательной колонии, сейчас она нам об этом расскажет. Таня, привет, рассказывай про свои поездки чудесные, в чем разница между тем и тем?

Татьяна Егорова: Разница в том, что в спецшколах живут ребята, которые совершили незначительные преступления, например, я была очень удивлена, что там многие парни сидят за то, что украли еду.

Илья Тарасов: Это та же тюрьма, но с более лояльными условиями?

Татьяна Егорова: У них режим они не могут оттуда выйти, но разница еще в том, что этот срок могут добавлять, то есть тебе наказание назначает не суд, а органы опеки.

Илья Тарасов: Давай проведем небольшую экскурсию по закрытой спецшколе, ты расскажешь, как она работает, как она устроена и так далее.

Татьяна Егорова: Это вот здание спецшколы такое весёленькое, находится посреди леса.

Илья Тарасов: И живут, и учатся?

Татьяна Егорова: Живут, учатся, получают профессию, едят, спят. Нет колючей проволоки, есть только забор, кругом такая красота, сюда ребята попадают из четырёх регионов: Вологодская, Мурманская область Архангельская, еще Карелия. Ребята получают пятиразовое питание, что было удивительно, мне рассказывали, что один мальчик попал сюда, приезжает бабушка, видит, как он отъелся и говорит: «Можно я второго приведу, вы его накормите, он делом займется».

Илья Тарасов: Я так понимаю, что многие ребята, попав в эту закрытую спецшколу, впервые увидели пятиразовое питание, горячую еду и многие даже впервые познакомились с постельным бельем?

Татьяна Егорова: Да, они делают много своими руками, украшают свои комнаты чисто, цветочки растут, мне казалось, что я в пансионате, красотища, картины, игрушки, все это ребята делают сами!

Илья Тарасов: У них форма?

Татьяна Егорова: Да, форма, причем она не похожа на форму осужденных, просто стильно ходят в джинсах. Эта школа, похожа на нормальную школу, просто ребята, переменка, все носятся, смотрят расписание, только девочек нет.

Илья Тарасов: Сколько ты там по времени была и что делала?

Татьяна Егорова: Я у них провела часа три мы с ними общались, я пришла к ним на урок, и они писали сочинение на тему «Что такое подвиг, а что такое безрассудный поступок», мы с ними вступили в дискуссию, я стала свои примеры приводить, они стали свои.

Илья Тарасов: Как тебе само ощущение, это действительно преступники, или это просто обычные парни, которые совершили незначительные правонарушения, может даже и не по собственной воле, ты говоришь, что многие украли еду.  

Татьяна Егорова: Я в разные учреждения езжу, насмотрелась на разное и в том числе, на воспитательные колонии, где ребята сидят такого же возраста как они. Я ожидала увидеть преступников, но это реально дети, они сидят за маленькие нарушения, это скорее даже детский дом-интернат, то есть там конечно есть ребята, которые угоняют машины, понятно, что нельзя это с рук спускать, но их туда помещают с целью, чтобы они хотя бы поучились. Не знаю, правильно это или нет, но они считают, что, если их не вытащить с улицы они школу не закончат.

Илья Тарасов: Если родители не смотрят за своими детьми, за ними смотрит государство.

Татьяна Егорова: Практически каждого дома никто не ждет, то есть они реально социальные сироты практически все. Тут учат профессиям – есть профессия сварщика, столяра, автомеханика. Это такое интересное место, это библиотека, когда я в школе очутилась, поговорила с их руководителем библиотеки, она говорит, что ребята очень любят читать.

Илья Тарасов: Приключения, детективы, фантастика, я понял, библиотека маленькая у них. Я предлагаю тем телезрителям, которые хотят помочь Североонежской закрытой спецшколе книгами, писать нам на почту в редакцию привозите свои книги, если вы находитесь в Москве к нам сюда в Останкино, мы в течение нескольких месяцев сформируем большую посылку и отправим ее в Североонежск. А теперь посмотрим разницу между закрытой спецшколой и колонией. Есть разница в атмосфере в колонии и закрытой спецшколе, ты ее почувствовала? Какая она?

Татьяна Егорова: Здесь все гораздо строже вот эти все построения они настолько однообразны, что мне кажется, это, наверное, часть наказания, тут у них обед если в детской школе они просто сидят обедают, просто ходят их воспитатели, то здесь все-таки охрана присутствует военизированная. Я пробовала у них блинчики, они были вкусные.

Илья Тарасов: Тоже парни не бедствуют не голодают?

Татьяна Егорова: Да, они питаются пять раз в день. Когда ребята освобождаются из колонии, они потом специально стараются обратно попасть в колонию, совершают преступление, их забирает машина с полицейскими, они падают в ноги и говорят: «Спасибо большое, мы хотя бы поедим». Я сюда приехала как волонтер от союза добровольцев России, я проводила с ребятами дискуссию о позитивном восприятии мира, конечно очень сначала растерялась, но потом они задавали вопросы, уже веселились мы подружились. У них здесь есть скайп, они могут общаться, все-таки связь с миром.  Это мы сейчас идем в карцер, где содержат ребят, которые нарушили режим, на меня это произвело неприятное впечатление, потому что до этого было ощущение, что ты находишься в пансионате, в доме отдыха, здесь я реально поняла, что это тюрьма. Карцер – аскетично, вот это отдельный урок биологии для парня.

Илья Тарасов: То есть кто сидит в карцере, занятия все равно идут?

Татьяна Егорова: Да. Это место для прогулки и здесь ребята по режиму должны гулять каждый день по часу независимо от погоды, могут поиграть в мяч. Это место где они живут, отличается комната.

Илья Тарасов: Какой вывод хочешь сделать из всего того, что ты нам показала?

Татьяна Егорова: Перед тем, как я ездила в колонию, я думала, что бедные дети их там наказывают закрывают, а потом я поняла, что это место реально, возможно лучшее, что случилось с ними в жизни для многих, они относительно защищены, ходят в школу…

Илья Тарасов: Вывод, мне кажется, из всего этого, можно сделать следующий: должна быть государственная или негосударственная программа, которая после того как человек выходит на волю, должен в эту программу попадать и ему там должны объяснить, что, несмотря на то, что условия, в которых он был, они должны ему помочь встать на путь истинный. Сейчас к нам в гости придет Настя Ковалева – Союз добровольцев России, которая как раз руководит направлением декриминализации молодежной среды и на эту тему мы с ней и поговорим.

***

Илья Тарасов: Насть, привет! В очередной раз ты у нас в гостях и это хорошо!

Настя Ковалева: Это прекрасно.

Илья Тарасов: В моем детстве всегда были хулиганы, я тоже был хулиганом сейчас мне кажется, они куда-то делись, или они есть?

Настя Ковалева: Хулиганы у нас были в тридцатые и в пятидесятые, эта среда подростковая, где каждый хотел добиться своего места, в лидера выбиться, это было всегда

Илья Тарасов: Я помню американские фильмы, там из тюрьмы выходит человек, даже взрослый, он к какому-то психологу все время ходит его проверяют пытаются его устроить на работу у нас этим кто-нибудь занимается?

Настя Ковалева: К сожалению, на государственном уровне нас этого нет, мы ребят готовим к выходу из колонии за полгода мы составляем им маршрутный лист учитывая, куда он поедет. В начале я должна понимать, какая у него семья, ждет его семья, или нет, если нет, надо понимать, куда он едет жить где искать работу, как искать. Если человеком заниматься, результат будет однозначно.

Илья Тарасов: Кто вам дает этим заниматься?

Настя Ковалева: Пускают абсолютно без проблем, есть соглашения с рядом колоний мы поддерживаем тесные взаимоотношения с воспитательным отделом федеральным.

Илья Тарасов: Рассказывай, кстати почему у тебя шарики (на фото) и где это?

Настя Ковалева: Это на входе в колонию Тульской области мы приехали поздравить ребят с масленицей, поэтому мы приехали с шариками, с плюшками, с чаем. У нас были действительно уличные гуляния, как у людей во дворах, так и там мы сделали у нас было чучело, мы его сожгли, мы играли. На этой фотографии мы осуществили выезд с Можайской колонией, с мальчишками в детский дом-интернат, ребята подготовили просто потрясающую программу.

Илья Тарасов: То есть ребят из колонии можно куда-то вывезти?

Настя Ковалева: Можно, тех кто не бедокурит и соблюдает весь режим, попадает в такую лайтовую категорию и ее можно вывозить. Мальчишки так прекрасно подготовили программу для детей это уже четвертый выезд – они и песни пели фокусы им показывали.

Илья Тарасов: Почему у нас смайлики там везде?

Настя Ковалева: Смайлики, потому что несовершеннолетние детки, не хочется показывать.

Илья Тарасов: Это не какой-то обычный детски дом?

Настя Ковалева: Да, для детей инвалидов. Это мы вывозили на экскурсию, категория ребят видно, у них у всех вызов, они зашли все закатали штаны, рукава, когда спросили кто это, сказали школьники. Для них это было такое событие, после этого каждый из них подтянул историю аж на два балла точно!

Илья Тарасов: Как вы выбираете народ? Вы приехали в колонию там сидит сто человек, вы же не со всеми работаете?

Настя Ковалева: Вот их собрали, провели презентацию, что-то обсудили, на какие-то индивидуальные истории, мы сначала проводим для всех, а потом говорим: «Ребят, вы что-то может быть не хотите открыть при всех». Я всегда приезжаю не одна – здесь со мной психолог, иногда даже привожу врача-психиатра. Если что-то уточнить, девушке письмо передать, учитывая, что мы в интерактиве вовлекаем всех, они понимают, что мы приехали им рассказать что-то и помочь им не хватает общения и все равно каждый хочет дойти.

Илья Тарасов: Вот он вышел на волю, вы ему «до свидания»?

Настя Ковалева: Нет, мы их сопровождаем как минимум полгода. Я всегда понимаю, кто уходит, звоню, например, уполномоченному, замминистра, еще кому-то, с кем у меня личные контакты, звоню и говорю: «Слушайте, выходит вот такой-то мальчишка у него такие-то потребности, давайте поможем ему».

Илья Тарасов: Вор должен сидеть в тюрьме, а вы его в тюрьму не сажаете, условно, или любого другого преступника, многие спросят зачем?

Настя Ковалева: Я согласна, вор должен сидеть в тюрьме, взрослый человек, а когда речь идет о подростке, я своим волонтёрами всегда говорю: «Давайте сегодня встретимся с ребятами, вы кого ждете»? Все, как правило, ждут преступника. Вот ты изначально ждёшь его уже с ярлыком. Я говорю: «Вот смотрите, вот когда ему было три года, пять лет, когда его били его не кормили, когда он, простите, в описанных колготках, ходил три дня, когда мать пила, нас с вами не было никого из взрослых, руку ты ему не подал, а сейчас мы все надели шляпы, судьи собрались». Бывает, что непьющие родители, бывает мать, которая работает на трех работах ей некогда, она даже знать не знает, что он закурил, что он что-то украл. Пока его милиционер не приведет домой и не скажет: «Слушайте, вы вообще в курсе, он у вас витрину разгромил»? А она скажет: «Ну как так, я тебе все купила, я тебе все дала», а ему не надо «все купила», ему мать нужна.

Илья Тарасов: Как вам помочь?  И как можете помочь?

Настя Ковалева: Все соцсети открыты  www.souzdobro.ru, Анастасия Ковалева – Фейсбук, я открыта и ни одно обращение я не оставляю без ответа. Когда есть возможность спасти ребенка, всегда протянем руку!

Илья Тарасов: Пишите и помогайте! Спасибо!

***

Илья Тарасов: Совсем недавно о центре адаптации Василия Великого сняли замечательный документальный фильм, мимо которого мы пройти не смогли, к сожалению, полностью кино мы показать не можем, поэтому ограничимся тизером. У нас в гостях Юлия Серьгина режиссер фильмотерапии трейлер к которому мы только что посмотрели. Юль, привет! Поздравляю тебя с тем, что в этом году ты закончишь ВГИК, сейчас готовишь свою дипломную работу, этот фильм был курсовой работой?

Юлия Серьгина: Да.

Илья Тарасов: Как пришла идея?

Юлия Серьгина: Я писала игровой сценарий на самом деле, про пацанов, у которых некоторые проблемы с законом, с тем, чтобы как-то социализироваться, я почувствовала, что  я упираюсь в отсутствие опыта, нашла информацию про Центр Святителя Василия Великого, мне показался очень интересным, мы поехали туда поняли что нужно снимать чистый док, потому что количество феноменов документальных, которые можно было поймать, было просто огромным, эта ситуация нас просто захватила и про игровой сценарий все уже были с делали эту картину.

Илья Тарасов: Как ты с пацанами нашла общий язык? Все такие девочка приехала.

Юлия Серьгина: Я скажу честно – я им сигареты давала. Вот так общий язык был найден, там нельзя курить, они хотели я спонсировала их сигаретами и в принципе, так общий язык и нашли.

Илья Тарасов: Было что-то для тебя открытием Современные хулиганы это что-то другое чем те хулиганы, о которых мы в кино смотрели?

Юлия Серьгина: Не скажу, что это было открытие, это было подтверждение моего тезиса о том, что эти дети ничем не выделяются из потока тех, которые живут сейчас. У них нет ничего особенного в такую ситуацию может попасть вообще любой. Они просто в таком возрасте, когда им хочется эту жизнь и так повертеть и так, вот эту систему, в которой они находятся, они не чувствуют, они чувствуют ее давление, все что они делают – протест против каких-то рамок. Мне они не показались особенными, скорее всего просто их поймали за руку.

Илья Тарасов: Кто твой любимый герой из тех, кого ты показала?

Юлия Серьгина: Нельзя так говорить, я люблю всех одинаково, но главного персонажа мы выбрали мальчика Мишу, который был младше всех и который только приехал в центр. У него не было судимостей, родители просто понимали, что с ним происходит что-то не то, он жил в разваливающемся городке маленьком. Его мама оттуда решила вытащить, и мама очень упрашивала чтобы его туда взяли. Не смотря на то что он также, как и они вырос в этой среде, он был настолько чистый, не злобный он любую агрессию в свою сторону принимал покорно и совершенно беззлобно по-христиански. Это было удивительно, поэтому мы выбрали его на главную роль.

Илья Тарасов: Остальные пацаны?

Юлия Серьгина: Они абсолютно нормальные пацаны, они хитрые, могут иногда тебя обмануть, посмеяться с тобой вместе, бывает стыдно за их проделки, обычные подростки.

Илья Тарасов: То есть у тебя не было какого-то образа, который в процессе съемок разрушился, или подтвердился?

Юлия Серьгина: Скорее подтвердился, потому что я сразу понимала, с чем я буду иметь дело.

Илья Тарасов: Какая фестивальная история у кино?

Юлия Серьгина: Там два приза, что странно там лавровая ветвь за лучший дебют и еще один на московском фестивале молодых кинематографистов.

Илья Тарасов: Не особо тебе интересно, что он взял?

Юлия Серьгина: На самом деле очень сложная ситуация с фестивалями, потому что много езжу на фестивали, вижу общий уровень фильмов там и могу здраво оценить уровень фильма, который мы сняли. Иногда непринятие нас в программу часто связано с идеологическими соображениями, что очень неприятно.

Илья Тарасов: В начале фильма ты давала каждого пацана и давала титрами его статью. Ты как воспринимала их, как статью или тебе было без разницы?

Юлия Серьгина: Я конечно не воспринимала их как статью, потому что знаю, что такое статья и человек общалась с людьми, у которых есть разные статьи, для меня это не штамп, а в фильме так и использовано – сначала ты видишь человека, на котором стоит клеймо социальное и потом я старалась строить эпизод таким образом, что ты начинаешь видеть в них личность.

Илья Тарасов: С героями поддерживаешь отношения?

Юлия Серьгина: Да.

Илья Тарасов: Ты знаешь кто где?

Юлия Серьгина: Да, мы переписываемся в контакте, последняя информация у меня была месячной давности, вот парень, которого мы только что видели на экране, он в тюрьме, а все остальные в порядке.

Илья Тарасов: А за что сел?

Юлия Серьгина: Он просто покинул центр, перестал отмечаться в полиции, куда должен был приходить, у него накопилось много провинностей и его посадили неисполнение условного срока.

Илья Тарасов: А у остальных все хорошо?

Юлия Серьгина: Два человека с семьями уже – это Ваня и Дима, они уже совершеннолетние, у них родились дети, Ваня учится в военно-морском училище, Миша учится в кулинарном техникуме, у остальных с образованием не знаю, все ли школу закончили, но большинство осталось в Питере, а Дима, который самый большой хулиган, он в Хабаровский край полетит к себе домой, потому что он с Дальнего востока.

Илья Тарасов: Ты эту тему забыла, или у тебя есть какие-то планы вернуться и на основе этих историй написать полный метр, который ты хотела?

Юлия Серьгина: Нет, у меня просто в последнее время намного больше интереса именно документальная реальность вызывает, мы настолько мало ее видим по телевизору, настолько далеки от той действительности, которая происходит, такой огромный барьер экранный, что в ближайшие пять – семь лет мне будет интересно только документальное кино.

Илья Тарасов: Почему все-таки хулиганье?

Юлия Серьгина: Потому что мне всегда интереснее человек, который имеет силу противопоставить себя системе, вот пусть даже в такой форме, я думаю, что это что-то значит, если он вот так себя ведет, это означает что общество, в котором мы живем, оно не совсем правильное, это говорит о том, что мы должны как общество, взять на себя ответственность за появление таких людей. То есть это как лакмусовая бумажка, пока мы их не видим, мы думаем вид, что все в порядке, но как только мы понимаем, что они существуют, мы должны провести какую-то логическую связь, что есть причина для того, чтобы они появлялись.

Илья Тарасов: А кто их родители?

Юлия Серьгина: Это абсолютно нормальные семьи, не очень богатые. Это семья, у которой нет машины, это не бичи, алкаши, просто ниже среднего нормального достатка, родители, матери-одиночки, которые много работают, чтобы обеспечить своего ребенка. Просто не заметили, не увидели, не поняли вовремя, что то-то происходит с твоим ребенком и все. Нет такого, чтобы кто-то мог предсказать, никто этого не ожидал.

Илья Тарасов: Ты же хотела снимать о трудных подростках, нашла информацию о центре, есть ли такие центры еще?

Юлия Серьгина: Именно в таком формате – единственный в своем роде, их в России таких больше нет, он устроен чисто европейскому стандарту где маленькие группы детей, где это бесплатно для родителей, где нет государственного давления. Соответственно, они воспитываются в относительной интеллектуальной свободе, вот по такому методу построенных центров больше нет. Есть какие-то полуколонии, полудетские дома, но это не то, там такая же муштра, там к детям не относятся личностям, их много, государство выделяет 500 рублей в год, их нужно прокормить на эти 500 рублей.

Илья Тарасов: Действительно ли ребята перевоспитываются?

Юлия Серьгина: Они не перевоспитываются, это самый важный момент, они учатся свою натуру встраивать в систему так, чтобы эта система не наносила удар, потому что очень у многих характер такой, если его менять, то это коверкать личность, а они его просто учат жить так, чтобы вы не попали в тюрьму.

Илья Тарасов: Ты попала в сложное время для самого центра, его закрывали, насколько я помнюэ

Юлия Серьгина: У них каждое время сложно.

Илья Тарасов: Твое кино как-то помогло центру?

Юлия Серьгина: Я показывала фильм везде, где могла, рекламировала страничку, где можно скидывать деньги, всегда после показов плачут, обещают, что они сейчас придут вечером домой и скинут деньги. Я не знаю, насколько они доходят до этого решения думаю, что да. Сейчас было фестивальное время, сейчас фестивали все откатаем, и я займусь тем, что я начну активно в интернете его пиарить, продвигать именно с той целью, чтобы помогали финансово центру. Результат, который приносит нахождение в этом центре, он потрясает 70% исправлений! По сравнению с тюрьмой это очень серьёзно. Они серьёзную работу ведут по привлечению финансов, организация негосударственная и все деньги, которые им поступают, это пожертвования. Можно зайти на сайт фонда svtvasilij.ru , будет возможность сделать либо ежемесячное пожертвование, либо какое-то разовое. Все что угодно, любая сумма, потому что вот эти копейки, которые люди скидывают от чистого сердца, на самом деле судьбы этих парней, их жизнь стоит на кону.

Илья Тарасов: Я надеюсь, твое кино когда-нибудь в полном объёме покажем у нас на канале. А если вас заинтересовала судьба парней и работа центра Василия Великого, на ваших экранах сайт фонда «Нужна помощь», заходите, делайте пожертвования, можете помочь спасти ребят от тюрьмы. Спасибо, ждем следующее кино! Сегодня мы познакомили вас с несколькими проектами и организациями, которые помогают хулиганами и трудным подросткам: www.souzdobro.ru

Facebook.com/anastasya.kovaleva.1654

Vk.com/detibolshogocity

Streettemple.ru

Вы можете сделать пожертвование, или обратиться за помощью, главное не оставайтесь равнодушными. Это была программа «За дело», увидимся ровно через неделю!


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Сюжеты
  • ЗаДело!
    После рабства
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    ЗаДело!
    Кинотерапия
    Полный выпуск
    Полный выпуск
    ЗаДело!
    После рабства