Переносить или отменять? Как будут аттестованы выпускники школ в этом году?

Переносить или отменять? Как будут аттестованы выпускники школ в этом году? | Программы | ОТР

ЕГЭ, учеба, дистанционная, экзамены

2020-04-15T22:34:00+03:00
Переносить или отменять? Как будут аттестованы выпускники школ в этом году?
Новые схемы обмана с банковскими картами. Вакцинация продолжается. На что тратим деньги. «Всё включено» по-русски. Как сдержать цены? Чем питаются школьники. Отмена крепостного права. Цифровая школа
Как сдержать цены?
Наталья Починок: Никакие профессии не умрут, они просто будут иметь всё большую цифровую составляющую
Внимание – мошенники!
Россию XVIII века от любой европейской страны отличал громадный культурный раскол общества, в котором одна часть не понимает, как живет другая
Что у школьника в тарелке?
ТЕМА ДНЯ: Продукты накрыло цунами цен
«Всё включено» по-русски
Траты растут! Покупаем больше или платим дороже?
Прививка от ограничений
Гости
Юрий Карпунин
директор «Марковской основной общеобразовательной школы» Петушинского района Владимирской области
Наталия Киселёва
учитель математики, заместитель министра образования Московской области
Амет Володарский
омбудсмен в сфере образования

Оксана Галькевич: Итак, уважаемые друзья, «Тема дня» наша сегодня такая. Мы хотим обсудить с вами один очень важный вопрос, собственно, от решения этого вопроса, я сейчас скажу такую пафосную, как кажется, вещь, но на самом деле это так – от решения этого вопроса зависит, во-первых, будущее нескольких миллионов детей в нашей стране, и во-вторых, наше с вами будущее в стране через 5, 10 и далее лет. Почему я так говорю? Потому что вопрос пойдет о качестве образования, о качестве подготовки специалистов, ну и, соответственно, о качестве жизни страны.

Константин Чуриков: Ну в первую очередь мы говорим сейчас о Едином госэкзамене. Все знают, что из-за коронавируса школы перешли сейчас на «дистанционку», почти везде процесс идет с трудом. Судя по одному соцопросу, половина школьников считают, что переход на вот эту удаленную форму обучения плохо сказался на качестве их подготовки к экзаменам.

Оксана Галькевич: Ну и в общем, видимо, на образовании.

Больше всего жалоб, понятное дело, в регионах, потому что там зачастую нет самого необходимого для такой учебы, просто нормальной, устойчивой связи там нет. Ну и теперь представьте, что вот в таких случаях нужно еще экзамены принимать, причем экзамены, от результатов которых зависит будущее ребенка, поступит он или не поступит. Против ЕГЭ онлайн почти 40% школьников сейчас выступают, опять же согласно соцопросам, 26% считают, что ЕГЭ и ОГЭ нужно просто взять и отменить.

Константин Чуриков: В Бийске, это Алтайский край, родители старшеклассников, ну кто может себе позволить репетиторов, активно ищут свободных педагогов. Все занятия проводятся онлайн сразу после окончания виртуальных уроков в школах. В среднем у одной семьи уходит на подготовку к выпускным экзаменам ребенка до 10 тысяч рублей. Ну вот сроки ЕГЭ, как и ОГЭ, а также вступительных экзаменов в ВУЗы все время переносятся, и вот не ясно, состоятся ли они в ближайшие месяцы вообще.

Оксана Галькевич: Такая ситуация, я думаю, не только в Бийске.

Степан Зенков: На самом деле неудобно, то есть сложно из-за того, что перенос основных дат, когда ты уже был готов, все, писать именно в те числа, которые изначально выдвинули, сказали писать в эти числа, все, в принципе готов к ним был писать. А перенос? Так что неизвестно будет, как с поступлением, будет ли перенесено само поступление, даты зачисления. Так что... Это является проблемой, волнение вызывает.

Оксана Галькевич: Ну и в Министерстве науки и образования уже заявили о том, что сроки сдачи экзаменов сдвинут, в зависимости от обстановки с коронавирусом будет зависеть, от того, что творится в нашей стране. Минимум на 2 недели все это подвинут, как и зачисление, соответственно, в высшие учебные заведения.

Константин Чуриков: Уважаемые зрители, напишите нам или позвоните, выскажите свою точку зрения, что все-таки в этой ситуации делать, потому что звучат самые разные голоса. Кто-то даже говорит, что надо отменять ЕГЭ и устроить конкурс аттестатов. Или вы считаете, что все-таки ЕГЭ как экзамен уже, в общем, себя так или иначе проявил, состоялся и во всяком случае не надо менять коней на переправе, уж сейчас надо, чтобы дети нормально сдали экзамены и по общепринятой схеме были зачислены в ВУЗы.

Оксана Галькевич: Ну, в общем, предлагайте свои какие-то решения этой ситуации именно, а не просто некие эмоциональные какие-то заявления. Но ждем самые разные мнения, SMS-портал включен, работает у нас также телефон прямого эфира, можно звонить или писать, номера, это я говорю для новых наших зрителей, у вас всегда на экранах, все это совершенно бесплатно.

Константин Чуриков: А мы сейчас подключаем к нашему разговору директора Марковской основной общеобразовательной школы Петушинского района Владимирской области Юрия Карпунина. Юрий Александрович, здравствуйте.

Юрий Карпунин: Добрый вечер.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Юрий Александрович.

Константин Чуриков: Давайте начнем с «дистанционки» все-таки. Как ваша школа перешла на этот режим? Насколько это комфортно для учеников, для учителей? И какие проблемы вы видите сейчас?

Юрий Карпунин: Ну, о комфортности говорить здесь не приходится. Мы с вами прекрасно понимаем и отдаем себе отчет, что это чрезвычайная ситуация, и в чрезвычайной ситуации то, что создавалось, в общем-то, в режиме цейтнота, нехватки времени, в режиме, когда дети находятся уже на каникулах и перевести их на дистанционное обучение, в общем-то, недооборудовав все это... Ну перешли, перешли, работаем. Что сказать? Нагрузка учителей, родителей и учащихся увеличилась, безусловно увеличилась. Для родителей для многих это, конечно, шок, они не привыкли работать в таком режиме. Но ничего, привыкают, втягиваются.

В данном случае... У нас в области создана система электронного дистанционного образования во Владимирской области, которая позволяет иметь постоянный контакт с учеником, задавать темы работы, опираясь на учебник, в принципе минимальный набор есть. Но опять мы возвращаемся к тому, что не у всех все есть, и работаем от телефона, от компьютера...

Константин Чуриков: Ага. Можно я уточню, Юрий Александрович? Значит, это через WhatsApp, это через платформу Zoom, вот таким образом, да?

Юрий Карпунин: Да-да-да, кто как. То есть без внимания не остается никто, проходит.

Но надо сказать об одном, что выхода другого нет. То есть пойти по пути окончания учебного года, как было предложено, допустим, 1–8-е классы, тут очень много минусов появляется. Во-первых, что будут делать дети? Как впихнуть объем в следующий год, когда неизвестно, как пандемия будет на следующий год проходить? И, в общем-то, так как мы понимаем, что возможности дистанционного образования растягиваются несколько во времени, то, может быть, и имеет смысл немножко шок этот пережить, в него войти и попробовать как-то довести более-менее год до конца.

Оксана Галькевич: Ну на самом деле я вот наблюдаю, действительно, вы правы в том, что это в некотором смысле шок и для родителей, и для учителей тоже шок. Я вижу, как педагоги переживают, пытаются использовать любую возможность, чтобы и материал донести, и домашние задания у всех проверить. Сама сегодня получила сообщение от классного руководителя своего младшего, где говорит: «Вот, посмотрите, пожалуйста, он там что-то недослал, не прислал». Ну то есть люди, понимаете, в таком контакте мы с учителями, наверное, прежде не находились.

Юрий Карпунин: Контакт стал гораздо более плотным, внимания гораздо больше. Я сегодня днем говорил и сейчас обращаюсь ко всем: уменьшите нагрузку на домашние задания, дети и так занимаются дома, они познают и узнают. Пересылка в данной системе, когда забит трафик, пересылка домашних заданий, проверка учителями ночью, кто с WhatsApp, кто с чего, занимает массу времени и убивает, так скажем, удовольствие от учебы.

Оксана Галькевич: Ну и личное время, конечно, очень сейчас занято у педагогов тоже и у родителей именно процессом учебы.

Константин Чуриков: Давайте сейчас звонок послушаем.

Оксана Галькевич: Надежда из Тульской области хочет высказаться на этот счет. Надежда, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Ну я считаю, что ЕГЭ в этом году нужно как-то отодвинуть или перенести, потому что очень тяжело детям обучаться дистанционно, не только детям, но и родителям. Многие родители еще работают, придут с работы, они не могут донести то, что нужно ребенку по программе, не то что там вот 9–11-е классы.

Константин Чуриков: Понятно. Надежда, а куда перенести, в какую сторону? Вот куда уже еще переносить-то, понимаете, в чем проблема?

Зритель: Ну... Да, это, конечно, большая проблема. Я звоню почему? Потому что у меня ребенок 4 года назад заканчивал 11-й класс, и мы нанимали репетиторов, мы ходили, занимались и все. Сейчас он заканчивает IV курс института, он с 16 марта на «дистанционке», и очень тяжело, надо сделать диплом. Как это все будет происходить, ничего еще не понятно, вот какая проблема.

Оксана Галькевич: Да, спасибо большое.

Константин Чуриков: Спасибо.

Оксана Галькевич: Юрий Александрович, но, если отодвигать сроки ЕГЭ, это, соответственно, нужно сразу двигать и вступительную кампанию, соответственно, нужно сразу делать что-то и с призывом в армию. Понимаете, цепочка достаточно длинная.

Юрий Карпунин: Абсолютно верно, все это связано между собой, и нельзя допускать разрыва, потому что это будут проблемы. Еще проблема, безусловно, то, что будет массовый поток жалоб в случае неудачной сдачи ЕГЭ от родителей, что в такой ситуации, значит, ребенка плохо подготовили к экзаменам, он не мог, то есть это тоже надо брать как за реальность. И третье: никакого, конечно, онлайн-ЕГЭ я просто не представляю, потому что это не будет соответствовать, в общем-то, уровню проверки качества образования.

Константин Чуриков: Ну почему, Юрий Александрович? Вот нам рассказывали, что в Индии сейчас якобы даже вот будут в онлайне дети сдавать свой там, их индийский единый экзамен, и ничего.

Юрий Карпунин: Я не знаю про менталитет Индии, очень много владею, но знаю про наших, что при бумажных вариантах и при контроле с камерами у нас умудряются получать результаты, то, работая в онлайне, конечно, здесь будут многие вопросы.

Константин Чуриков: А раз мы заговорили о нашем менталитете, вот сейчас я смотрю на портал, на самом деле очень многие зрители, я так понимаю, зрители, которые уже получили то самое советское образование, ратуют против ЕГЭ. Вот ваше мнение экспертное как директора школы, как вы считаете, от системы ЕГЭ больше плюсов или больше минусов?

Юрий Карпунин: Вы знаете, с самого начала были споры, и они останутся. Есть плюсы и есть минусы. В общем-то, всем понятно, самый большой плюс и достижение – это доступность становится образования для удаленных уголков поступить в центральные ВУЗы, есть возможность выбора, конечно, в этом отношении гораздо лучше. По экзаменам... Дело в том, что в 10-м классе дети сдают ЕГЭ, они уже все поступали в 10-й класс, в общем-то, большей целью продолжить свое образование дальнейшее. Поэтому, естественно, ЕГЭ здесь имеет смысл быть.

Вот по ОГЭ, 9-му классу, у меня крамольное мнение свое существует, конечно, что, в общем-то, постольку-поскольку дети должны выпускаться все, поступают все, необучаемых детей у нас сейчас, как объявлено, нет, то и выпускаться у нас, конечно, дети должны все. Вот кто хочет продолжать получать образование профильное, поступать в колледжи, в лицеи идти, то сертифицированные центры в муниципалитетах по ОГЭ или при школах ОГЭ сдавать. Ну это наработанная жизнью мысль.

Константин Чуриков: Ага.

Оксана Галькевич: Знаете, ну противники ЕГЭ обычно говорят, что это как-то сужает кругозор наших детей, якобы в советское время подготовка была как-то глубже, обширнее, серьезное, хотя я сомневаюсь, что, Костя, у тебя знания по термодинамике, хоть ты и в советской школе...

Константин Чуриков: Никаких.

Оксана Галькевич: А что ж ты?

Константин Чуриков: Никаких, все в одно ухо влетело, в другое вылетело.

Оксана Галькевич: Ты ж в советской школе учился, ай-яй-яй.

У нас звонок есть из Краснодарского края, Нина у нас на связи. Нина, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте, здравствуйте. Алло?

Константин Чуриков: Что думаете, что делать с Единым госэкзаменом? Переносить, отменять или что?

Зритель: Я учитель с 45-летним стажем и считаю, это мое мнение, конечно, что надо в этом году отменить и принимать в ВУЗы и в техникумы по аттестатам.

Константин Чуриков: Так, хорошо, сразу тогда можно вопрос, вас сразу перебью. А если по аттестатам, смотрите, дети, во-первых, все-таки, хоть они и выпускники, они еще дети, да, они долго к этому готовились, они только к этому варианту готовились.

Оксана Галькевич: Они до конца марта фактически готовились к ЕГЭ.

Константин Чуриков: На оценки, честно говоря, вот те, у кого дети взрослые, знают, что дети уже не мотивированы в это время, им самое главное подготовиться к ЕГЭ.

Оксана Галькевич: Аттестат уже не исправить, надо сказать.

Константин Чуриков: И как тут быть?

Зритель: Нет, дело в том, что те дети, которые готовились к ЕГЭ, значит, по этим предметам у них будут хорошие оценки, они готовились к этим предметам. Если они поступают в техническое, конкурс аттестатов, посмотрели по техническим предметам, хорошие, приняли. Есть гуманитарные предметы, пожалуйста, то есть по оценкам. Если они три четверти учились, готовились, у них знания есть, энная сумма знаний, по этим знаниям можно спокойно принять, пусть поступают. Но если вдруг в будущем не смогут они отучиться, то всегда можно отчислить. Это самый верный...

Константин Чуриков: Нина, ну вы же звоните нам из Краснодарского края из какого-то небольшого города или станицы, правильно?

Зритель: Нет, я с Анапы звоню.

Константин Чуриков: Ну хорошо, представим какую-нибудь станицу Краснодарского края, соответственно, конкурс аттестатов. Что это означает? Это означает, что вот этим ребятам, девчатам, им надо ехать, например, чтобы поступить в московский ВУЗ...

Оксана Галькевич: Собственно, как это и было до ЕГЭ.

Константин Чуриков: ...им надо гнать в Москву, правильно?

Оксана Галькевич: Это нужно приехать причем...

Зритель: Почему? Документы так же можно отправить, онлайн можно ту же копию аттестата отправить, точно так же все документы.

Константин Чуриков: Что ж это будет тогда.

Оксана Галькевич: Так вот... Подождите, а как же тогда ВУЗ будет выбирать? Просто по сумме, по среднему арифметическому детей со всей страны?

Константин Чуриков: С учетом физкультуры, между прочим.

Зритель: Точно так же, как выбирают по ЕГЭ. Основные предметы... Ну, например, если поступает ребенок на гуманитарный, по гуманитарным хорошие оценки, аттестат хороший, ребенок поступает на гуманитария, пожалуйста, соответственно, есть знания – поступает.

Оксана Галькевич: Все ясно.

Константин Чуриков: Понятно.

Зритель: Поступает на физмат – математика, физика, все хорошие оценки... Точно так же было в советское время.

Константин Чуриков: Да, понятно. Спасибо, Нина.

Оксана Галькевич: Да, ну понятно. Как минимум мы просили идеями делиться, на самом деле Нина предложила свое решение. Юрий Александрович, что думаете?

Юрий Карпунин: Нет, конкурс аттестатов, в общем-то, имеет смысл только при том, что тогда надо отдавать право принимающим учреждениям вводить входную аттестацию, тестирование по профильным предметам, то есть опять переходить на вступительные экзамены.

Оксана Галькевич: Ну как это, собственно, было до возникновения ЕГЭ, да, до внедрения?

Юрий Карпунин: Да-да. В ином случае, в общем-то, мы с вами прекрасно понимаем, что аттестат аттестату рознь, «пятерка» «пятерке» рознь, это все равно надо видеть и понимать, результат должен быть.

Константин Чуриков: Юрий Александрович, ну мы надеемся...

Оксана Галькевич: Тогда это все-таки надо напомнить, как это было до внедрения ЕГЭ, как это было в наше время, когда мы поступали. Действительно, надо было приехать в тот город, где находится твой ВУЗ, куда ты хочешь поступать, подавать документы, несколько недель в этом городе жить, родители тебе оплачивают проезд, проживание в этом городе, кормят тебя все это время, ты ходишь на подготовительные курсы. Потом ты сдаешь экзамены, родители должны все это тоже оплачивать, поступаешь – ура, не поступаешь – значит, родители оплачивают тебе проезд обратно. Я думаю, что в этом году это все очень сложно на фоне вот этих событий, потери заработка родителями, то есть дети просто многие не смогут никуда выехать из своих маленьких населенных пунктов, станиц и регионов.

Константин Чуриков: Да. Юрий Александрович, спасибо за участие в нашей программе, хорошо, что у вас нет в школе проблем с Интернетом. Это был Юрий Карпунин, директор Марковской основной школы Петушинского района Владимирской области.

Почему об этом говорю? Потому что вот кое-где проблемы есть, давайте сейчас посмотрим сюжет из Башкирии, как там организовано дистанционное обучение и что для него надо сделать.

СЮЖЕТ

Константин Чуриков: Мы, конечно, каждый раз с новой стороны открываем родную страну, но такого представить, честно говоря, я себе вот до этого дня не мог. То есть урок рисования, эти краски на коленке в машине...

Оксана Галькевич: Зато, ты знаешь, мне кажется, сразу стали понятны четкие какие-то цели национальных проектов, которые точно нужно внедрять, – это, во-первых, образование, во-вторых, медицина, и еще связь вот эта, чтобы не было этого жуткого цифрового неравенства.

Константин Чуриков: Я надеюсь, что зрители тоже готовы откомментировать, тут уже на портале все написано.

Давайте Валерия из Москвы послушаем. Валерий, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Валерий.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Сюжет видели? Как вам такое дистанционное образование, сначала расскажите.

Зритель: Ну я этим занимаюсь, я учитель математики, 48 лет стажа.

Оксана Галькевич: ага.

Зритель: В разных ситуациях оказывался. Вы знаете, работать можно, в Москве особенно нет вопросов со Skype, поэтому каждый день у меня уроки по всем предметам. Я выпускаю в этом году. Я вам скажу такую вещь. Вопрос, «Что делать с ЕГЭ?» – его надо оставить, безусловно, ни в коем случае его не отменять. Можно действительно его немножко сдвинуть, вот так, как сейчас решено. В настоящий момент, вот сейчас нужно просто в школах закончить обучение по тем предметам, по которым дети не сдают ЕГЭ, я имею в виду предметы по выбору, и для них сосредоточиться только на математике и русском и на тех предметах, которые они сдают. Все остальные предметы просто завершить образование и все, это первый момент.

А вот почему его нельзя отменять, я могу сказать. Я работал в 1990-е гг., я работал в 2000-е гг. Так вот в 1990-е гг. в Москве выпускников было с медалями на школу 1–2, а то и не было вообще, и на весь округ Северный, в котором я работал когда-то учителем и директором, было 12–14 медалистов. В нулевые годы их стали тысячи, это вот до введения ЕГЭ, коррупция в школах достигла невероятных масштабов, с родителей брали деньги директора.

Оксана Галькевич: Кстати, да.

Зритель: Это было бог знает что. Нельзя возвращаться к этому ни в коем случае.

Константин Чуриков: Спасибо за ваше мнение.

Оксана Галькевич: Да, Валерий, спасибо.

Константин Чуриков: Сразу еще звонок.

Оксана Галькевич: Я в 1990-е гг. заканчивала, моя медаль настоящая.

Константин Чуриков: Я в 1990-е гг. заканчивал, но без медали, Оксана, я чувствую это превосходство твое.

Оксана Галькевич: Ну ты москвич зато.

Да, давайте еще один звонок, Андрей из Ростова-на-Дону.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Андрей.

Зритель: Да-да-да, слушаю вас. Здравствуйте.

Константин Чуриков: Это мы вас слушаем. Высказывайтесь, пожалуйста.

Оксана Галькевич: И мы вас тоже слушаем.

Зритель: Да, я из Ростова-на-Дону. Значит, у меня жена учительница, поэтому со всем этим, к сожалению, знаком очень близко. Проблемы с ЕГЭ в принципе в данный момент нет никакой, к этому времени все дети подготовку к ЕГЭ в принципе уже закончили, сейчас идет процесс непосредственной подготовки к экзаменам. В чем проблема?

Дистанционного обучения... Ну на данном этапе его все равно не избежать. В школе к ЕГЭ по закону не имеют права, при чем здесь школа и ЕГЭ? ЕГЭ оставляем как было, экзамены сдаем как есть, ну, может быть, при хороших результатах делать добавочный балл при поступлении в ВУЗ, если все остальные экзамены сданы с высоким баллом. Все остальное оставляется как есть. Люди боятся ЕГЭ беспричинно, оставлять как есть.

Константин Чуриков: Спасибо вам за звонок.

Оксана Галькевич: Да, спасибо.

Константин Чуриков: Если бы не сегодняшняя наша программа и вот этот контекст обсуждения темы, я думаю, что не было бы такого количества сообщений... Нам очень пишут из разных регионов на самом деле, что ЕГЭ надо оставить, даже не верю своим глазам.

Оксана Галькевич: Тут, кстати, да, Саратовская область, Пермский край пишут, что да, оставить.

Вы знаете, раз уж мы говорили о такой цифровой реальности и цифровом неравенстве, которое внезапно мы все увидели своими глазами, надо сказать о том, что с этим столкнулись не только мы, уважаемые друзья, с этим столкнулся и весь мир. Мы сейчас хотим связаться с еще одним экспертом, у нас на связи учитель математики Наталья Киселева. Добавлю, что в 2018 году Наталья Киселева стала единственным российским педагогом, который вошел в топ-50 всемирной премии, есть такая «Global Teacher Prize»...

Константин Чуриков: «Global Teacher Prize».

Оксана Галькевич: Да, хорошо, Константин, у тебя произношение лучше, признаю.

Наталья Александровна, здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Наталья Киселева: Здравствуйте, Оксана, здравствуйте, Константин. Очень приятно вас видеть и приятно, что такая интересная тема сейчас обсуждается вами. Я послушала некоторые комментарии, очень здраво, очень грамотно.

Оксана Галькевич: Вы знаете, мы знаем, что вы поддерживаете связь с вашими коллегами в разных странах, и у многих возникли те же самые проблемы, а может быть, даже еще и более серьезные. Я бы хотела вас попросить поделиться, собственно, этим опытом, как они решают эти сложности, как говорится, раз уж вы математик, об алгоритмах решения этих проблем расскажите нам, как это происходит, я не знаю, в Австралии, в Польше, на Украине, где-то еще.

Наталья Киселева: На самом деле действительно такая проблема сейчас охватила весь мир, и еженедельно мы проводим глобальные звонки, это такая новая форма, которую мы с учителями, входящими в «Global Teacher Prize», договорились еженедельно созваниваться и в режиме реальной связи, вот вчера у нас было 250 человек в Zoom на общем звонке, мы делились впечатлениями первых недель. Так это было и неделю назад с экспертами, с учителями.

Ситуация колоссально сложная у всех. Ну, по сути 87% всех школьников мира так или иначе не посещают школу сейчас. Есть отдельные страны, где продолжается обучение, есть те, кто уже выходят, например, в Китае уже начинается обучение, выходят после карантина, потому что у них эта ситуация началась раньше. Но ситуация на самом деле разная. В Великобритании говорят о том, что отменяют экзамены. В Америке говорят о том, что, возможно, будет досрочное окончание учебного года и продление вот этого карантинного периода даже до глубокой осени, потому что ситуация очень сложная. В Австралии в связи с тем, что есть многие отдаленные населенные пункты или отдельно стоящие хутора, идет обучение не только по телевидению, как и во многих странах, в Чехии, в Турции, в Америке, во многих странах Латинской Америки, ведется телевизионное вещание, уроки проводят по телевизионным каналам, на Украине тоже.

Константин Чуриков: Наталья Александровна, вот это очень интересный момент, потому что вот вы учитель, кому я буду рассказывать, ведь все-таки образование предполагает не монолог, а диалог. В условиях телеформата насколько оно вообще грамотно и правильно это образование...

Наталья Киселева: По радио программы еще есть.

Константин Чуриков: ...когда... Нет, мы не умаляем наш советский опыт, когда был образовательный телеканал, четвертая программа, но тем не менее насколько это вообще правильно, соответствует реалиям сегодняшним?

Наталья Киселева: Вы понимаете, Константин, сейчас весь мир пытается найти возможность, каким образом продолжать образовательный процесс и поддерживать детей. И, вы знаете, здесь цель может быть даже не столько в том, чтобы передать знания, а в том, чтобы эмоционально поддержать состояние детей, эмоционально, психологически, чтобы не вгонять их в эту ситуацию стресса. Вот вчера основная тема разговора учителей была в том, что у детей нарастает стресс, страхи, дети обращаются все чаще в поисковые системы с запросами «коронавирус», «безопасность», «защита», «страх». И вот этот процесс обучения, в том числе и через телевизионные каналы, в первую очередь направлен на то, чтобы у детей была информация другая, чтобы их погружать в образовательную среду.

И я хочу вам сказать, что это хорошо, где есть возможность обучения через телевизионные каналы, потому что многие страны говорят о том, что распечатывают учителя задания, оставляют в супермаркетах и в полицейских участках, и родители, которые приходят за продуктами, могут в определенном месте в ячейке взять задание своего класса для ребенка, потому что даже нет возможности телевещания. То есть ищут все возможные способы, чтобы вот таким образом поддерживать коммуникацию. Если где-то есть возможность коммуницировать посредством мобильного телефона, хотя бы SMS, взрослые из школы, учителя разбивают всю параллель или весь учебный контингент на определенное количество детей, закрепляя за каждым взрослым, который в течение дня поддерживает какими-то мотивирующими SMS, отправляет...

Константин Чуриков: Ну все равно себе сложно представить реально работающей долгое время вот эту концепцию.

Наталья Киселева: Конечно.

Константин Чуриков: Почему? Потому что классов сколько, 10–11, это что, должно быть 11 национальных каналов, что ли?

Оксана Галькевич: Предметов очень много, да.

Константин Чуриков: То есть это... Ну как это все будет?

Оксана Галькевич: Наталья Александровна, получается все-таки, что телевизионные уроки – это такая технология для, может быть, не самых продвинутых, скажем так? Я не знаю, можно ли говорить, что для бедных или богатых, но не для самых продвинутых? Потому что, если есть Интернет, в принципе можно диверсифицировать преподавание, доставку информации и эмоциональную ту же поддержку детей.

Наталья Киселева: Да, естественно, это для того, чтобы каким-то образом сгладить ситуацию нарастающего неравенства в образовании, потому что разрыв вот этот вот сейчас технологический несет на себе и разрыв в плане получения образования, естественно. И попытки, распечатки заданий, попытки подключения телевизионных каналов, радиоэфиров – это фактически возможность сгладить вот это неравенство в образовании между теми, кто имеет доступ к ресурсам Интернета, даже, может быть, в чем-то недостаточная скорость или нестабильный Интернет, но есть возможность подключения, получения знаний и, самое главное, обратной связи, есть возможность обмена с учителем, получение комментариев каких-то, тогда да. Если телевидение – это единственный возможный вариант... Но вы знаете, как делается в большинстве стран? Идут телевизионные уроки, на основании которых впоследствии посредством мобильной связи учитель, собственный учитель с детьми коммуницирует, выдавая задания на основании этого урока или проверяя, то есть обратная связь все равно устанавливается.

Оксана Галькевич: Ага.

Константин Чуриков: Давайте сейчас послушаем Сергея из Петербурга и продолжим наш разговор. Сергей, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Сергей.

Зритель: Здравствуйте. Значит, мне за 60, я, наверное, отношусь к старшему поколению.

Константин Чуриков: Вы «ЕГЭ-скептик»?

Зритель: Нет, я категорически против ЕГЭ. Почему? Когда мы его ввели, мы на самом деле подписались, расписались в том, что мы не можем создать справедливую систему для молодых людей при поступлении в ВУЗ. При этом я сельский житель, я изначально деревенский парень, кончал сельскую школу. Вот то, что сейчас говорят про телевизор, телевизионные программы, вы вспомнили уже, ведущие, то, что был канал специальный, – это, кстати, был канал не для отстающих, а для продвинутых. Я занимался на этих телекурсах, два раза в неделю выходили задания в газете «Московский комсомолец», я их решал...

Константин Чуриков: Ну да, «Английский язык: первый год обучения», «Второй год обучения»…

Оксана Галькевич: Но просто с тех пор появился Интернет все-таки, Сергей.

Зритель: А вот Интернет дал возможность дифференцировать. Я кандидат наук, я много лет проработал и в высшей школе, есть опыт работы в обыкновенной школе, поэтому я представляю себе всю эту кухню от начала до конца, плюс к тому всю жизнь, более 40 лет работаю с инженерными специалистами, вижу молодых, средних...

Константин Чуриков: Сергей, у нас не так много времени. Вот вы сказали, что вам не нравится ЕГЭ, но так и не объяснили, почему. Смотрите, нам сейчас вот одна зрительница пишет, Олеся, она пишет: «ЕГЭ штампует пластмассовых людей». Вот что имеет в виду наша зрительница, как вы думаете?

Зритель: Дело в том, что ЕГЭ стало целью для поступления в ВУЗы, и хотим мы или не хотим, учителя вынуждены уйти от методически выстроенной системы образования к натаскиванию, понимаете?

Константин Чуриков: Да.

Зритель: Мы потеряли наработанную десятилетиями систему, сейчас можно называть ее советской не советской, российской, как хотите, но у нас была система высшего образования, у нас в сельской школе меня учили, было несколько учителей-звездочек, если не звезд сказать, да? А занятия на телекурсах дали возможность укрепить знания, поднять, и я, будучи выпускником рядовой сельской школы, выдержал конкуренцию при поступлении в ВУЗ с выпускниками физмат школ городских и так далее, и так далее.

Оксана Галькевич: Да, Сергей, спасибо.

Константин Чуриков: Спасибо.

Оксана Галькевич: Давайте спросим Наталью Александровну, мне интересно, согласны ли вы, Наталья Александровна, что мы вот утратили глубину, качество подготовки детей с введением ЕГЭ, что все это убивает нашу школу, наше образование?

Наталья Киселева: Ну, вы знаете, можно по-разному относиться к ЕГЭ, но тем не менее для чего это было создано? Для того чтобы дать возможность детям из разных совершенно регионов выбирать возможности, поступать в ведущие ВУЗы страны, быть конкурентоспособными. И альтернативы на самом деле сейчас, наверное, такой нет. Хорошо бы говорить о том, что это плохо, давайте предлагать сразу альтернативу, я за конструктив. Если мы говорим, что ЕГЭ плохо, тогда нужно искать другие, альтернативные варианты современного какого-то экзамена, который может дать возможность и выпускным быть, и вступительным для детей из разных уголков. Конечно, нет ничего совершенного, конечно, над всем нужно работать, в том числе и над ЕГЭ, и над другой формой государственной итоговой аттестации.

Константин Чуриков: И надо признать, что все-таки ЕГЭ, ну, скажем так, прототип ЕГЭ, некий универсальный экзамен для поступления, для сдачи нормативов школы и поступления в ВУЗы существует в большинстве стран мира все-таки во всяком случае.

Наталья Киселева: Естественно, конечно.

Оксана Галькевич: Самое интересное, что, когда идет речь о ЕГЭ, об отмене, о том, хорошо это или плохо, те, кто говорят, что его нужно отменить, что все это плохо, не предлагают, в общем, его как-то доработать, дошлифовать, усовершенствовать, довести до ума. Почему?

Наталья Киселева: Оксана, не предлагают альтернативного варианта.

Оксана Галькевич: Да.

Наталья Киселева: Хорошо сказать «плохо», а что тогда, если не так? Как по-другому, чем можно заменить, так чтобы ребенок из деревни в Томской области мог подавать документы и поступать в ВУЗ в Москву или Санкт-Петербурга, выбирать ту специальность, чтобы у нас действительно были равные шансы, возможности для многих при поступлении.

Оксана Галькевич: Ну и потом надо все-таки...

Наталья Киселева: Если будет какой-то другой вариант, альтернативный вариант, то, конечно, я думаю, что его стоит разрабатывать, и в перспективе вполне возможно, что мы придем к чему-то другому.

Оксана Галькевич: Ну и потом все-таки надо признать, что дети в выпускных классах и раньше, до появления ЕГЭ так или иначе силы свои основные концентрировали на тех предметах, которые им нужно будет сдавать при поступлении, насколько я помню.

Наталья Киселева: И так или иначе занимались также или самостоятельно, или посредством курсов, или с репетиторами, преподавателями ВУЗа, готовясь к поступлению, абсолютно так же, или на курсах...

Константин Чуриков: У меня еще короткий к вам вопрос. Вот как раз, согласно опросу «MAXIMUM Education», за онлайн-экзамен, за онлайн-ЕГЭ выступило 43% выпускников. Как вы считаете, вообще можно себе это представить и это реализовать?

Оксана Галькевич: Организовать каким-то образом.

Константин Чуриков: Организовать в онлайне. У нас же есть, смотрите, у нас есть «Учи.ру», вот эта образовательная платформа, там тоже дети что-то сдают, есть какие-то тоже онлайн-олимпиады...

Оксана Галькевич: Ну как вариант.

Константин Чуриков: Ты залогинился, время пошло, и вперед, отвечай, проставляй все те же самые галочки, что там они делают, или пиши что-нибудь.

Наталья Киселева: Вы знаете, в перспективе, может быть, онлайн-экзамен и будет введен. На сегодняшний момент основная сложность – это организация прокторинга и такой идентификации личности, чтобы подтвердить, что это именно ты сдаешь, что за компьютером, за экраном не стоит перед тобой три учителя, которые решают, что ты делаешь это сам. Если вот эта система каким-то образом распознавания, а она существует в ряде стран, в ряде платформ и предметов и есть апробации в Москве достаточно успешные, ну если вот это будет введено в штат, в систему, то вполне возможно, что у нас будет онлайн-ЕГЭ в штатном формате или онлайн другой экзамен, не говорим о ЕГЭ, о любом варианте. На сегодняшний момент технически это сложно, но к этому, я думаю, все идет.

Константин Чуриков: Да, спасибо.

Оксана Галькевич: Наталья Александровна, спасибо вам большое. На связи у нас по Skype была сегодня Наталья Киселева, учитель математики. Спасибо большое, Наталья Александровна.

Константин Чуриков: А сейчас Анастасия из Москвы, наша зрительница хочет что-то сказать. Здравствуйте, Анастасия.

Оксана Галькевич: Анастасия?

Константин Чуриков: Анастасия? Смелее, не робейте.

Оксана Галькевич: Так, Анастасия с нами?

Зритель: Я?

Константин Чуриков: Да, уже с нами, слышишь.

Оксана Галькевич: Да, Анастасия.

Константин Чуриков: Пожалуйста, говорите.

Зритель: Да. Я говорю, что я против ЕГЭ, потому что, как мне кажется, это делает из детей... Во-первых, это убивает индивидуальность, как ты мыслишь, как ты видишь произведение то же, если это, например...

Константин Чуриков: Вы говорите о гуманитарных предметах, да?

Зритель: Да. Но я бы вернула устные и письменные экзамены, то есть математика, ну там понятно, никак ты устно не сделаешь, пусть будет письменно, но такие предметы, как литература, как иностранные языки, русский, я считаю, что это надо делать не в ЕГЭ, потому что...

Константин Чуриков: Ну где нужно поговорить, где нужно понять вообще, как мыслит человек. Кстати говоря, мы же учились когда, мы же устно очень много отвечали, и там иногда...

Оксана Галькевич: Мы очень много отвечали...

Константин Чуриков: И там иногда бывали те, кто мало знает, но писать умеет, спрятаться...

Оксана Галькевич: Костя, а бывали такие ситуации, когда личный фактор срабатывал, вот понравился ты педагогу на вступительном экзамене или нет, понимаешь?

Константин Чуриков: Ну все бывало.

Оксана Галькевич: Или там ты выпендриваешься, пришел с сережкой в ухе, понимаешь, «вон».

Константин Чуриков: Зачем ты на меня смотришь?

Оксана Галькевич: Костя-Костя, разные были ситуации, здесь хотя бы личный фактор исключен.

Я просто подумала о том, что когда говорят, что ЕГЭ исключает индивидуальность по гуманитарным предметам, я подумала: а может быть, нам просто надо быть честнее, понимаешь, в том числе и во время преподавания? Вот я слышала отзывы от родителей, которые говорят, что проблема в том, что ребенку нужно высказывать определенную точку зрения, и родители прямо умоляют: «Дорогой мой, если ты не согласен с тем или иным героем, не надо об этом писать».

Константин Чуриков: «Молчи», да.

Оксана Галькевич: «Вот пиши, я тебя прошу, как надо».

Константин Чуриков: «Я думаю, что», начинай сочинение так.

Оксана Галькевич: Да. А, простите, это кто убивает индивидуальность в этом случае, в данной ситуации? Наверное, может быть, честнее надо быть с самими собой в преподавании?

Константин Чуриков: Еще послушаем Василия, Курганская область на линии. Здравствуйте, Василий.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Василий.

Зритель: Здравствуйте. Я хотел бы сказать о переносе ЕГЭ. Сейчас разговор идет о переносе праздника Победы, с которым я не очень-то согласен, можно сказать, вообще не согласен.

Константин Чуриков: С переносом?

Зритель: ...народу сейчас в метро гораздо более, чем будет на празднике Победы.

Потом обучение по Интернету, это могут позволить себе не каждые. И еще разговор о ЕГЭ, сейчас вот я слушал женщину, это для каких-то сельских школ, для дальних районов – ничего подобного! Все умные, все, я подчеркиваю это, все умные мужи начиная от Ломоносова, были из сельской местности, и если он хотел учиться, он учился.

Константин Чуриков: Он доходил.

Оксана Галькевич: Да, а потом и женское образование у нас появилось, да. Спасибо.

Зритель: Он сдает...

Константин Чуриков: Спасибо.

Оксана Галькевич: Спасибо большое.

Давайте подключим теперь директора Института развития образования Высшей школы экономики к нашей беседе, Ирина Абанкина...

Константин Чуриков: Нет, чуть позже.

Оксана Галькевич: Чуть позже Ирина Всеволодовна.

Константин Чуриков: Сейчас будет Амет Володарский, омбудсмен в сфере образования. Амет Александрович, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Амет Александрович.

Амет Володарский: Да, добрый вечер, коллеги, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Амет Александрович, смотрите, вопрос к вам такой. Ну скомканный получается у нас финал учебного года, если говорить о старшеклассниках, да? Как один из вариантов – а может быть, наряду с прочими мерами и предложениями снизить немножко вступительный балл средний проходной? Ну понятно, что и дети в таком состоянии, может быть, где-то там будет подхрамывать подготовка, взять и снизить балл на этот год?

Амет Володарский: Несомненно, я думаю, что об этом тоже думают федеральные агентства исполнительной власти, в первую очередь Рособрнадзор и Минпросвещения. Но я считаю, что это не решит проблему. Нужно решать сейчас вопрос кардинально. Вы понимаете, если сегодня доверять информации вирусологов, то пика коронавируса мы достигнем в конце мая – начале июня. Таким образом, вряд ли кривая упадет резко вниз под 90 градусов. Понятно, что это будет примерно, если в середине июня, в конце июня, мы окажемся, наверное, по количеству заболевших середины апреля, то есть на нынешней ситуации. То есть вряд ли кто из родителей в здравом уме отпустит ребенка в середине июня сдавать ЕГЭ, это неправильно. Сегодня нужно решать кардинальный вопрос, нужно отменять Единый государственный экзамен и, как во многих других странах, дать возможность школьникам сдавать аттестаты в высшие учебные заведения.

Второй вопрос, который подтверждает мой тезис, – это то, что в регионах нет такой возможности сегодня получать дистанционное образование, как это делается в столицах, в Питере и в Москве. Я хочу вам сказать, что даже в Москве, к сожалению, есть школы, которые дистанционное образование воспринимают как просто передачу информации через WhatsApp. Мы с вами уже об этом как-то говорили, что 300 лет назад, в 1720-х гг., когда появилось понятие дистанционного образования, профессор Бостонского университета рассылал открытки своим студентам с просьбой вернуть заполненные. Так вот у нас многие школы, которые, мы сейчас понимаем, просто не готовы были к дистанционному образованию...

Константин Чуриков: Да.

Амет Володарский: ...используют понятие «дистанционное образование» как передачу данных через WhatsApp. Это не дистанционное образование.

Константин Чуриков: Понятно.

Амет Александрович, у меня к вам такой вопрос. Вот вы как омбудсмен в данный момент, вот вы говорите об этих проблемах – вы сейчас кого защищаете? ВУЗы? Вы защищаете выпускников, которые все последние годы, понимаете, ночей не спали, родители там и деньги тратили на репетиторов...

Оксана Галькевич: ...или вы как прокурор выступаете против ЕГЭ?

Константин Чуриков: Да.

Амет Володарский: Значит, отвечу на все три вопроса. И как прокурор против ЕГЭ, потому что понимаю, что сейчас опасно проводить ЕГЭ в нынешних условиях, это первое. Второе: я защищаю детей, которые должны несмотря на коронавирус быть уверенными, что они попадут в те ВУЗы, в которые они хотели поступать, во всяком случае их аттестаты примут. И третье, я защищаю ВУЗы, которые сегодня, как заявил Фальков неделю назад, вернее в начале этой недели, готовы устроить приемные комиссии. Вопрос только в том, чтобы Рособрнадзор и Минпросвещения наконец-то начали работать вместе с Минобразования и науки. У меня такое ощущение, что при разделении этих двух министерств их как будто бы посадили на разные континенты.

Оксана Галькевич: Амет Александрович, я просто не могу понять, смотрите, значит, ЕГЭ – это опасно, потому что это массовое скопление людей, отсутствие социальной дистанции, хотя тут можно как-то организовать, а приемная комиссия – это не опасно почему? То же самое собрание людей в определенной аудитории...

Амет Володарский: Онлайн приемные комиссии, мы говорим об онлайн приемных комиссиях.

Оксана Галькевич: А, онлайн приемные комиссии, ага, понятно.

Амет Володарский: Это во-первых.

Во-вторых, преподаватель математики говорила, что, значит, противники ЕГЭ не предлагают какой-то альтернативы. Это неправда. Сегодня мы с вами не раз об этом уже говорили, сегодня есть альтернатива вообще экзаменам, так называемые промежуточные оценки с помощью искусственного интеллекта. Я думаю, что еще это вопрос 2–3 лет, и мы с вами тоже об этом уже не раз говорили, создание электронного портфолио ребенка, которое будет от детского сада до 11 класса, и дальше в будущем, значит, в ВУЗе это электронное портфолио будет проверяться искусственным интеллектом. То есть необходимы промежуточные, то есть автомат, программа будет проверять и рассказывать, на каком уровне вы сейчас находитесь и какие темы вам нужно подтянуть. Более того...

Оксана Галькевич: Амет Александрович, у меня вопрос еще такой. Хорошо, допустим, приемная комиссия, а вы помните, что у нас творилось до ЕГЭ? У нас вот учитель был из Москвы, он нам звонил в эфир, говорил, что там золотые медали в нулевые годы, заносили в приемные школ, покупали, а мы еще напомним о том, что творилось в приемных комиссиях, туда тоже заносили. Как вы думаете, откуда быстрее дойти, из города, где ВУЗ находится, или из какого-нибудь маленького населенного пункта или отдаленной деревни? И кто больше, значит, в этом смысле в каких выгодных условиях находится?

Константин Чуриков: Категориях находится, да.

Оксана Галькевич: Нет, я могу сказать прямо, я просто, видите, витиевато пытаюсь, чтобы никого...

Константин Чуриков: Сейчас Оксана объяснит.

Оксана Галькевич: Ну вы поняли же.

Амет Володарский: Я все понял, но вы меня толкаете на преступление, я сейчас, конечно, скажу...

Оксана Галькевич: Нет, коррупционный момент ведь присутствовал, он бурным цветом...

Амет Володарский: Я вам хочу сказать, что при введении ЕГЭ коррупционный момент не уменьшился. Более того, я хочу сказать, что мы с вами знаем, как, значит, человек, который получает по русскому языку 100 баллов, пишет «олимпиада» через букву «а» и так далее, и так далее, и это каждый год эти проблемы возникают. Поэтому коррупционную составляющую мы здесь не победили.

У ЕГЭ объективно есть проблемы. Конечно, он каждый год становится лучше, интереснее, но ЕГЭ сегодня – это уже вчерашний день. Завтрашний день – это электронное портфолио, которое будет проверяться в течение режима 24/7, то есть вы спите, а ваше электронное портфолио искусственный интеллект проверяет, и к выходу из школы вы имеете определенный балл, который принимается в ВУЗе.

Константин Чуриков: Амет Александрович, конечно, всем нам хотелось бы, чтобы было больше вообще интеллекта и искусственного в частности, просто мы там где-то полчаса назад показывали сюжет о Башкирии, где дети, чтобы выполнить домашнее задание дистанционно, выезжают на машинах с родителями на горку, чтобы там просто ловился Интернет. Это к вопросу тоже об онлайн-зачислении.

Оксана Галькевич: Да. А я еще подумала, кстати: вот электронное портфолио, которое помогает, баллы какие-то на вступительных экзаменах дает, оно тоже собирается с начальной школы. Вот я вспоминаю одну из таких историй, «Усадьбы и музеи Москвы»...

Константин Чуриков: Ой, не напоминай.

Оксана Галькевич: Вот это вот тоже... Да.

Константин Чуриков: Спасибо большое.

Оксана Галькевич: Спасибо. Амет Александрович Володарский, омбудсмен в сфере образования, был у нас на связи. А вы участвуете, да?

Константин Чуриков: Мы, к сожалению, участвуем, мы много в чем участвуем.

Елена звонит, Ставропольский край. Елена, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я сама живу в Кисловодске, Елена Алексеевна. Я историк с большим стажем, преподаватель, который работала во всем школьном пространстве, в колледжах, в ВУЗах, университетское образование. Я по поводу ЕГЭ. Первое, что я хотела...

Константин Чуриков: Да, пожалуйста, говорите, продолжайте.

Зритель: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Говорите-говорите.

Зритель: Я Елена, историк, живу в Кисловодске...

Константин Чуриков: Да, это мы слышали.

Зритель: ...и хотела высказать свою точку зрения по поводу ЕГЭ. ЕГЭ, я считаю, можно, с одной стороны, чтобы родители не беспокоились, просто как бы как большую контрольную, а детей принимать по аттестатам. Я поддерживаю нашего министра образования...

Оксана Галькевич: Так.

Константин Чуриков: Так, развивайте мысль, пожалуйста.

Зритель: Вот. По поводу приемных комиссий, я считаю, что пускай родители не беспокоятся, потому что детей можно принять по баллам аттестатов, а потом с ними провести второй этап собеседования, когда успокоится коронавирус, и принять на этих условиях.

Оксана Галькевич: Ага.

Константин Чуриков: Так, собеседование проводить очно, заочно, как? И аттестат – учитывать профильные оценки или все вместе?

Зритель: Любые формы. Ну, например, можно тестирование провести того ВУЗа, куда дети поступают.

Оксана Галькевич: Ага. Ну, тут, мне кажется, нужно еще иметь какой-то план Б. Обычно в истории эпидемий так бывает, бывало по крайней мере, когда после первой волны приходила вторая, у испанки их было даже три, поэтому, знаете, здесь нужно в голове держать, что нужно как-то ориентироваться по старости, всякое может произойти.

По-прежнему очень активны у нас зрители, тема ЕГЭ вызывает какое-то прямо бурное участие наших зрителей.

Константин Чуриков: Краснодар спрашивает: «Это что, начало кампании против ЕГЭ?» Да нет, мы просто хотим разобраться. Еще тут SMS: «ЕГЭ – это большой плюс...»

Оксана Галькевич: Да, Белгородская область.

Константин Чуриков: «...кто ноет, пусть попробует это сдать». Кстати да, у нас был цикл программ «ЕГЭ предметно», мы с тобой открывали эти контрольно-измерительные материалы...

Оксана Галькевич: Да, мы открывали, мы плакали, когда открывали, друзья. Но на самом деле я могу сказать по своему опыту (ты, кстати, тоже по иностранному языку готовился к такого рода экзамену), у меня был очень сложный экзамен.

Константин Чуриков: Смотрите, что еще пишут. «С обязательными экзаменами понятно, но спецпредметы надо оставить как есть, их сдает меньше детей». Кстати, по поводу ОГЭ, насколько я понимаю, пока принято решение по выбору экзамены там никакие не проводить, только вот обязательные, если я правильно понял сообщение Рособрнадзора.

Оксана Галькевич: У нас есть звонок, Сергей из какого региона? Из Архангельской области.

Константин Чуриков: Из Архангельской области.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Сергей.

Константин Чуриков: Оттуда же, откуда Ломоносов.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте, Сергей.

Зритель: Я хочу сказать, что я против ЕГЭ.

Оксана Галькевич: Ага.

Константин Чуриков: Так. Почему?

Зритель: Дело вот в чем. Я по роду своей специальности иногда тоже принимаю экзамен у молодых специалистов. ЕГЭ, ну и способ принятия экзаменов должен быть уже у людей, которые уже получили какое-то профильное образование и получают уже дополнительное. В данном случае, когда я меняю иногда задания, меняю места вопросами, люди теряются. То есть они в Интернете находят свои задания, у них зрительная память, и они начинают отвечать на вопросы. Как только меняешь вопросы местами, все, он теряется и не сдает. Поэтому ЕГЭ то же самое, людей натаскивают на правильные ответы, а знаний никаких нет.

Оксана Галькевич: Сергей, скажите, ну вот вы я не знаю, в какие годы заканчивали школу, вы...

Зритель: Поэтому я считаю, что нужно по аттестатам принимать людей или по вступительным экзаменам, только так.

Оксана Галькевич: Хорошо. Сергей, ну вот вы заканчивали школу в свое время, вы не готовились к определенному какому-то предмету, выбранному для поступления? Разве так не было? Ну так же было.

Зритель: Нет. Я сдавал математику, сдавал сочинение вступительные экзамены, все, как обычно, как все дети.

Оксана Галькевич: Ладно, хорошо.

Константин Чуриков: Да, спасибо и вам за ваш звонок, за ваше участие.

Очень много сообщений на портале, самое главное, сейчас просто уже нет времени перечислять сообщения...

Оксана Галькевич: Я просто к тому, что сейчас тоже сдают и русский, и математику как обычно.

Константин Чуриков: Самое главное, что просят зрители: «ЕГЭ отменять нельзя, пощадите наших детей, готовились несколько лет. Если вас это не касается, это не значит, что это не касается остальных». В общем, самые разные мнения.

У нас уже время вышло, переходим к следующей рубрике.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (4)
ьтсоГ
Отменить Егэ
F ьтсоГ
Полностью согласен, так как все эти бесконечные переносы делают только хуже и морально истощают.
Светлана
Нельзя отменять ЕГЭ, не нервируйте детей. Переформатировать экзамен на онлайн невозможно. Нужно пересмотреть министерское решение с олимпиадниками по Всеросу, решение принято неверное, люди и дети возмущены, все знают, что основная масса детей не смогут набрать достойные баллы по единому экзамену. Олимпиадников всеросса освобождают ото всех уроков по предметам, дабы они принесли учебному заведению результаты для рейтинга школы, знания слабые, считаю это не справедливо по отношению к олимпиадниками перечневых олимпиад и высокобальникам.
ГостььтсоГьтСГо
Отменить конечно нужно Егэ в этом году, неизвестно когда закончится вирус (Активное распространение коронавируса в России завершится в конце мая, а уже в 20-х числах июля вспышка инфекции полностью прекратится. Такой прогноз дали специалисты сингапурского университета технологий и дизайна (SUTD) 27 апреля.), а бесконечными переносами сделаете только хуже!